По пути Лорес и Эрсанн рассказывали о зданиях, мимо которых мы ехали — особняки знатных семейств, большое трехэтажное здание, полностьтю принадлежащее Йарвису Грайсу, тому дядьке, что я видела в бильярдной на приеме у Морвейнов. Он держал газету Мангерна. Еще, проезжали мимо городского театра, красивого, с колоннами и лепниной, храма Ирджи, богини Мира — высокого, изящного, с множеством шпилей и цветных витражей в окнах. Попадались часовни, посвященные детям богов, еще мне показали самую популярную кондитерскую Мангерна с верандой, где любили собираться леди за чашечкой какао с пряностями и воздушными пирожными, обсудить последние сплетни и модные новинки. Проехали мы мимо увитой зеленью открытой веранды под прицелом удивленных взглядов… Да, нас заметили, точнее, меня в обществе Морвейнов, двух самых завидных холостяков Мангерна, и внимания не избежать. Ладно, дамочки, поиграем. Как лорды не намерены никому отдавать меня, так и я не собираюсь позволять всяким пустышкам претендовать на мое законное место рядом с обоими. Любовницы, служанки, помощницы, жены — да кого угодно, если честно, статус уже не так волновал, как раньше. Главное ведь не слова, главное отношение и поступки. А их я видела достаточно.
— Собственно, вот и дворец, — негромкий голос Эрсанна выдернул из размышлений.
Я выпрямилась, оглядываясь: большая, круглая площадь, в центре красивый скверик со скамейками, скульптурами, парочкой фонтанчиков и клумбами. Сам дворец раскинулся с другой стороны, длинный, трехэтажный, напоминавший дворцы из моего мира. Колонны, балкончики, позолоченная лепнина, крыльцо из редкого голубого с серебристыми прожилками мрамора — резиденция его величества Геленара впечатляла. У входа — почетный караул из гвардейцев, по самой площади прогуливаются леди и лорды, и, конечно, и тут на нас обращают внимание.
— Вы популярны, — не удержалась от ехидного замечания.
Все же немного неуютно было от пристальных взглядов и откровенного любопытства в них.
— Тебя это пугает? — невозмутимо поинтересовался Лорес, направив лошадь к левому крылу дворца.
— Не так, чтобы очень, — призналась я задумчиво. — Просто… — вздохнула, подбирая слова, и продолжила. — Просто я не привыкла к такому пристальному вниманию.
— Привыкай, — с улыбкой отозвался Эрсанн.
Эх, да поняла, поняла уже, что придется. Снова вздохнула, прислонилась к груди Лореса, прикрыв глаза. Хорошо… Уютно, спокойно. Может, ну нафиг эту езду верхом, а? Буду с ними ездить, как сейчас, раз тут не считается неприличным. Да и вообще, я не леди, понятия приличия у меня совершенно другие. Мы доехали до угла дворца, обогнули и дальше наш путь пролегал вдоль высокой кованой решетки. Я видела дорожки, деревья, цветущие кусты, и гуляющих — судя по всему, место действительно популярное. Мы доехали до центральных ворот, там тоже стоял караул из гвардейцев, а еще в узкой будочке сидел человек неприметной наружности и вроде как дремал. Рядом, на стульчике, мальчик лет тринадцати в форменной одежде темно-коричневого цвета с очень серьезным лицом и живыми, блестящими глазами. Едва мы подъехали, он тут же вскочил, подбежал, почтительно поклонился.
— Милорды, — звонким голоском поздоровался он, покосился на меня, но я молча, с улыбкой показала ладонь с браслетом.
Я не знатных кровей, и мы с этим парнишкой практически равны, не хочу, чтобы даже ошибочно меня называли по титулу, которого у меня нет. М-м-м, возможно, пока… Если намерения Морвейнов заходят дальше, чем сделать меня обычной любовницей. Намеки намеками, но лучше подожду действий.
— Госпожа, — нашелся мальчишка и выпрямился, ловко поймав поводья лошади Лореса. — Я отведу ваших животных, — он дождался, пока Морвейны спустятся и младший лорд снимет меня с седла, взял коня Эрсанна и повел к длинному приземистому зданию напротив входа в парк.
— В Королевский парк нельзя верхом и в экипажах, — вполголоса пояснил Лорес на мой удивленный взгляд.
А, ну понятно, дабы утонченные леди не дай боги не испачкали атласные туфельки в лошадишых отходах. Резонно. Лорес самым нахальным образом обнял, Эрсанн взял за руку, и мы вошли. Я покосилась на Лореса, с безмятежной улыбкой смотревшего прямо перед собой, и тихонько пробурчала: