— Когда он? — постаралась, чтобы голос не дрожал, но все же нотки раздражения в нем проскочили.
— Завтра вечером, — последовал ответ, вогнавший в легкую дрожь.
Так скоро. Черт. И судя по взгляду Лореса, который я отлично чувствовала, он уловил мое состояние. Очень вовремя пришла служанка и принесла наш обед, так что несколько десятков минут я выгадала. Не сомневаюсь, младший вредный лорд прицепится, как пиявка, вызнавая, что опять мне не нравится. Но ведь мои страхи ничего не изменят — придется идти, придется улыбаться и придется терпеть любопытные, неприязненные, злобные и так далее взгляды. Положение обязывает, милочка, ты теперь не просто попаданка, да еще и собственность. Ты теперь невеста. От произнесенного мысленно моего нового статуса тело облило жаром, а потом как морозным воздухом окутало. Непривычно, ужасно. И взгляд то и дело цепляется за крупный радужный сапфир на пальце. Пока еще я могу его снять. Вопрос в том, хочу ли?.. Ха, вопрос. Какой тут вопрос, даже спрашивать нечего. Конечно, не сниму, куда денусь. Куда я теперь от моих лордов, никуда.
— Ян, — тихо позвал Лорес и я встрепенулась, вынырнув из рассеянных размышлений. Его глаза поймали мои, и пришлось отложить вилку из дрогнувших пальцев. Смотрел младший Морвейн пристально, без тени улыбки, чуть прищурившись. — Чего ты боишься? Сплетен? — я молча покачала головой, понимая, к чему он ведет, но вот так сразу согласиться сложно — подсознание упрямая штука. — Пересудов? Того, что попытаются оскорбить?
— Попытаются, — пробормотала я, воспользовавшись паузой в его словах. — Думаю, леди Грифлис провела серьезную агитационную работу среди подружек, на тему отношения ко мне.
— И что? — Лор изогнул бровь и насмешливо хмыкнул. — Ну провела, да. А тебя должно волновать мнение завистливых кумушек, которым не досталось ничего кроме нескольких ночей в нашей с отцом постели? — его голос стал жестким. — И которые не могут похвастаться ничем, кроме изворотливого на интриги ума, как заполучить мужа или любовника поперспективнее? Ну и еще кое-какими достоинствами исключительно неприличного свойства, — и улыбка вышла пренебрежительной, только глаза остались холодными. — Я тебе говорил, среди леди есть и те, с кем приятно общаться, и кого не особенно волнует положение и категория собеседника. Вот на них и ориентируйся, они с такими, как леди Грифлис и ее подружки, всего лишь вежливо здороваются и тут же отходят подальше. Ты на порядок лучше и привлекательнее этих фарфоровых куколок, Яна, и они тоже это прекрасно понимают. Сильных и тех, кто отличается, не любят, милая, и в нашем мире тоже, — уже гораздо мягче продолжил Лорес, снова подавшись вперед и взяв мою прохладную ладонь. — Почему ты не боишься идти завтра в департамент, где полно незнакомых мужчин, которые будут смотреть на тебя, как на пустое место, пока не проявишь себя, а мнение пустышек с накрашенными ресницами и губками бантиком пугает тебя до нервной дрожи?
Ох. С точки зрения нормального человека — бред, да. Но… Мои пальцы коснулись запотевшей кружки с холодным морсом, я перевела взгляд на жидкость внутри.
— Потому что в школе надо мной издевались именно девочки, — немного сухо ответила, водя пальцами свободной руки по боку кружки. — И я не могла им дать отпор, потому что наивная была и маленькая, — продолжала я очередную маленькую исповедь. Ну… сам спросил. А я уже привыкла не молчать на такие вопросы. — А все дело было в том, что третья их подружка поссорилась с ними и стала дружить со мной, демонстративно их игнорируя, и пока Светка со мной ходила, все было в порядке. Эти только издалека фыркали да мрачно зыркали, — вдруг события дцатилетней давности показались… смешными и наивными. Боже, сцепиться только из-за того, что кто-то с кем-то неправильным дружит… Детский сад. А было мне на тот момент лет десять, пятый класс, кажется. Давно… В прошлой жизни. Мои губы тронула задумчивая улыбка, я вся ушла в воспоминания, уже не казавшиеся такими уж болезненными. Вот и еще одна заноза благополучно вытащена, благодаря Морвейнам. — Потом Светка перешла в другую школу, а дамочки начали отыгрываться на мне по полной. Унижали, обзывали, высмеивали, — я снова помолчала. — Знаешь, теперь это таким нелепым кажется, — тихо-тихо заговорила дальше, и пальцы уже были не такими холодными — может, ладонь Лореса согрела, может, я сама перестала нервничать. — Глупые девчонки, которые невзлюбили меня просто потому, что кто-то выбрал не их.