Проблема в данном случае заключается не столько в прогнозировании результатов голосования – чья точность ограничена участием реальных людей – сколько в том, чего люди ожидают от этих прогнозов. Опросы общественного мнения не гарантия будущих результатов. На мнение людей может повлиять множество вещей, от непредсказуемых событий до рекламных акций. Как в почти любой экспертной области знаний, степень компетентности заключается в общей тенденции и в том, насколько тщательно эксперты изучают свои ошибки. Точно так же на каждую New Coke найдутся тысячи примеров успешного выпуска новой продукции и точных рекламных прогнозов. Но как это всегда бывает, людям свойственно помнить ошибки – особенно если им не понравились результаты – и игнорировать гораздо более многочисленные случаи успеха.
Люди слишком многого ждут от экспертных прогнозов, хотя некоторые эксперты готовы и дальше торговать своими способностями предсказывать события. На протяжении нескольких десятилетий профессор политологии Брюс Буэно де Мескита использовал «свой личный софт», чтобы делать прогнозы о событиях в мире как для широкой общественности, так и для частных клиентов. В числе клиентов его фирмы, просуществовавшей более тридцати лет, были и сотрудники ЦРУ. В исследовании, проведенном данным ведомством в 1993 году, было указано, что из сотен его прогнозов он «попадал в яблочко» в два раза чаще, чем их собственные аналитики.
Другие эксперты не могли проверить утверждения Буэно де Мескиты, так как его методы и модели защищены правом коммерческой собственности и не были широко представлены в виде опубликованных работ. Как отмечалось в досье New York Times в 2009 году:
«Несмотря на то что Буэно де Мескита опубликовал множество своих прогнозов в академических журналах, бо́льшая их часть была сделана в условиях секретности для корпоративных или правительственных клиентов, а потому ни один независимый эксперт из академической среды не может проверить их достоверность. «Мы понятия не имеем, прав ли он в 9 случаях из 10 или в 9 из сотни или в 9 из тысячи», – говорит профессор из Гарварда Стивен Уолт.
Уолта также не впечатлило исследование ЦРУ, согласно которому Буэно де Мескита оказывался прав в 90 процентах случаев. «Сотрудник ЦРУ среднего звена говорит: «Это удобный инструмент», – замечает Уолт.
«Это совсем не то же самое, как когда-то Брент Скоукрофт[41] говорил: «В администрации Буша мы не принимали ни одного решения, не проконсультировавшись с Буэно де Мескита»{117}.
Но, несмотря на то, что точность оценок Буэно де Мескита не проверишь, самое главное здесь то, что существует значительный спрос на его прогнозы. Организации, у которых многое поставлено на карту – жизнь, деньги или и то и другое – неизбежно прибегают к поискам информации, прежде чем рисковать. Эксперт, который утверждает, что он или она может заглянуть в будущее, всегда будет более востребован, чем тот, кто предлагает более ограниченную помощь.
Таким консультантам, как Буэно де Мескита, платят за то, чтобы они предсказывали ход событий, и клиенты вольны оценивать их работу. Но другие эксперты и интеллектуалы тоже дают прогнозы, и многочисленные промахи в их прогнозах существенно подорвали доверие общества к ученым и профессионалам. Когда люди, которые не предвидели развала Советского Союза – или обещавшие, что масштабная война с Ираком станет легкой победой – пробуют в очередной раз дать совет в том, что касается жизненно важных решений, то скептицизм публики вполне понятен.
Если мы отложим в сторону вопрос о том, должны ли эксперты делать прогнозы, мы все равно никуда не денемся от другой проблемы – они все-таки делают прогнозы, и их прогнозы зачастую поразительно плохи. В ставшем широко известным исследовании событий типа «черный лебедь» – непредвиденные моменты, которые способны изменить ход истории – Нассим Николас Талеб порицал «эпистемическую самонадеянность» самого процесса прогнозирования.
«Но мы ведем себя так, как будто можем предсказывать исторические события или, что еще хуже, способны изменить ход истории. Мы строим планы относительно дефицита бюджета социального обеспечения и цен на нефть сроком на 30 лет, не осознавая того, что не можем предсказать этого даже на следующее лето.
41
Брент Скоукрофт (род. в 1925 г.) – советник по национальной безопасности двух президентов США: Джеральда Форда (1975–1977) и Джорджа Буша-старшего (1989–1993).
117