Не способные замечать свою собственную предвзятость, большинство людей будут просто сводить друг друга с ума, споря, вместо того чтобы соглашаться с чужими ответами, пусть даже эти ответы противоречат тому, что они уже думают по данному предмету.
Насколько каждая из этих точек зрения верна, могло бы послужить предметом для настоящего спора, но наши собеседники – специально выведенные мной, надо признаться, несколько карикатурно – вовсе не те, кто станет его вести. Бесспорным является тот факт, что пособия по безработице снижают потребность работать, по крайней мере, у некоторых людей. Также нельзя не согласиться с тем, что отдельные корпорации немилосердно поступали со своими работниками, чья зависимость от пособий была вынужденной и временной. Этот разговор можно продолжать до бесконечности, потому что каждый останется при своем мнении, руководствуясь склонностью подтверждать собственное мнение.
И нет никакой возможности выиграть этот спор, потому что в итоге нет ответов, которые бы удовлетворили каждого. Обычные люди хотят исчерпывающего ответа от экспертов, но его не может быть, потому что есть множество ответов, в зависимости от обстоятельств. Когда пособия поощряют лень? Как часто людей вышвыривают с работы против их воли и как долго они остаются безработными? Все это грани одной большой проблемы, а никто не захочет воспринимать свою собственную ситуацию отстраненно, как один из аспектов проблемы. Не способные замечать свою собственную предвзятость, большинство людей будут просто сводить друг друга с ума, споря, вместо того чтобы соглашаться с чужими ответами, пусть даже эти ответы противоречат тому, что они уже думают по данному предмету. Социальный психолог Джонатан Хайдт четко определил этот феномен, наблюдая, как факты входят в конфликт с нашими ценностями: «Почти каждый человек находит способ оставаться лояльным своим ценностям и отвергать очевидное»{24}.
На самом деле эта тенденция довольно сильная: значительное количество людей, вне зависимости от их политических пристрастий, скорее убьет гонца, чем услышит от него дурную весть. В исследовании, проведенном в 2015 году, изучали реакцию либералов и консерваторов на определенные новости, и обнаружилось, что «подобно тому, как консерваторы отвергали научные теории, которые противоречили их взглядам на мир, либералы действовали точно так же»{25}. Но что еще более тревожно, исследование показало, что когда опрашиваемых знакомили с научными данными, которые ставили под сомнение их взгляды, то и консерваторы и либералы проявляли недоверие в отношении науки, полагаясь только на себя. «Даже чтение материалов на эти спорные темы, – отмечал один из авторов исследования, – негативно сказывалось на том, как люди воспринимают науку».
И как мы увидим позднее, именно поэтому единственный способ разрешить подобные споры в части, касающейся политических предпочтений – переместить их из области научных исследований на арену политики и демократического выбора. Если демократия означает обсуждение любых вопросов, тогда эксперты и дилетанты должны решать все сложные проблемы вместе. Но в первую очередь им следует преодолеть расширяющийся между ними разрыв. Очевидным решением кажется повышение уровня образования. Но в следующей главе мы увидим, что образование, по крайней мере, на уровне колледжей, в настоящее время является частью проблемы.
3
Высшее образование: клиент всегда прав
Те лица, которых природа наделила талантами и добродетелями, должны вследствие полученного общего широкого образования стать достойными получить и способными охранять вверенные им священные права и свободы своих сограждан.
М-р Брэддок: Не затруднит ли вас ответить мне на вопрос, что дали вам те четыре года учебы в колледже? В чем был смысл всей этой тяжелой работы?
Бенджамин: Вы меня поймали.
Семь волшебных лет
Считается, что высшее образование должно излечить нас от ложной веры в то, что каждый человек так же умен, как любой другой. К сожалению, в двадцать первом веке массовость поступления в колледжи дает прямо противоположный эффект: большое количество людей, которые учились в колледже или подобном учебном заведении, считают себя не менее образованными людьми, чем самые опытные и сведущие ученые и эксперты. Годы, проведенные в колледже, в настоящее время уже перестали быть временем, посвященным учебе и личностному росту. Массовое нашествие юных американцев, желающих поступить в колледж, и последующая конкуренция учебных заведений за их деньги создали опыт отношения к учебе, как к ситуации «продавец-покупатель», когда студенты учатся – помимо всего прочего – тому, что клиент всегда прав.
24
25
Единственная разница состояла в том, что консерваторы более эмоционально реагировали на данные, противоречащие их убеждениям, но исследователи предположили, что это следствие того, что «вопросы, беспокоящие консерваторов, как раз больше всего поляризуют нынешнее общество». Авторы сделали это и другие замечания в публикации Университета штата Огайо (Ohio State University) под названием “Both Liberals, Conservatives Can Have Science Bias”, 9 февраля 2015.