Телеканалы и печатные СМИ с удивлением обнаружили не только, что именно слушают миллионы людей, но и что эти слушатели отворачиваются от традиционных источников новостей. В 1970 году вице-президент Спиро Агню обвинил прессу в либеральной предвзятости, выдав знаменитую остроту (принадлежащую спичрайтеру Уильяму Сафиру[31]), что в СМИ полно «неутомимых набобов негатива». Двадцать лет спустя та же самая ситуация повторилась с радиошоу, только в этот раз все было гораздо серьезнее.
Ирония, конечно же, заключается в том, что сам Лимбо вместе с другими консервативными участниками дискуссий вскоре стали мейнстримом. К началу двадцать первого века наметился очередной спад интереса к радио, но Лимбо продолжал удерживать аудиторию в двадцать миллионов слушателей. А в 2008 году он подписал контракт на сумму 400 миллионов долларов, уступив место только актеру и продюсеру Говарду Стерну, известному своей неоднозначной репутацией, с его контрактом на полмиллиарда долларов со спутниковой радиостанцией «Сириус». В раннюю эпоху телевидения видео практически лишило радиоведущих работы. Однако вскоре теле- и радиошоу станут, скорее, взаимосвязанными, а не конкурирующими медиа, когда звезды радио стали перемещаться на кабельное телевидение и наоборот.
Либеральные дискуссии на радио оказались неконкурентоспособны в этих новых реалиях и имели гораздо меньше влияния. Либералы в ответ могут возразить, что это происходило потому, что они отказывались снисходить до уровня своих конкурентов. (Прогрессивный радиоведущий Рэнди Роудс теперь уже прекратившей свое существование прогрессивной радиостанции Air America действительно назвал Хиллари Клинтон «большой [бранное слово] шлюхой» в своем эфире в 2008 году. Это говорит о том, что, по крайней мере, часть либералов собирались идти до конца.) Консерваторы же настаивали на том, что либеральное радиошоу в стране, где доминируют либеральные средства массовой информации, это решение несуществующей проблемы, потому что у либералов уже и так полно мест, где их можно услышать. Но какой бы ни была причина, ведущие, тяготеющие к левой части политического спектра, никогда не достигали большого успеха. Так, у популярного прогрессивного ведущего Алана Колмса есть небольшая аудитория, которой командует Лимбо или собственный бывший напарник Колмса по шоу, Шон Хэннити (делящий свое время между работой на радио и в шоу на Fox News).
Но радио не умерло. Радио – особенно если говорить о АМ‐диапазоне – предложило то, что не могло дать телевидение: интерактивный формат.
Популярность радиобесед поставила под сомнение роль экспертов, укрепив распространенное убеждение, что традиционные СМИ нечестные и ненадежные. Радиоведущие не только ополчились на традиционные политические взгляды, они стали критиковать все, поместив своих слушателей в некую альтернативную реальность, где любого рода факты считаются ненадежными, если их не подтвердил ведущий. В 2011 году Лимбо назвал «правительство, образовательное сообщество, научные круги и СМИ» «четырьмя сферами обмана», к которым можно было отнести всех, за исключением самого Лимбо.
Есть множество других примеров. Гленн Бек однажды сообщил своим слушателям, что научный консультант Обамы в Белом доме, Джон Холдрен, был сторонником принудительных абортов. (Это не так, но историю продолжают обсуждать.) Хэннити и другие журналисты хватались за слух о том, что египетское правительство собирается легализовать некрофилию. (Лимбо задавался вопросом, кто снабдит желающих презервативами для подобного рода встреч.) Вся эта история, по словам зарубежного корреспондента Christian Science Monitor Дэна Мёрфи была «полной выдумкой», но это не имело никакого значения.
Есть разумный аргумент, что разговорное радио 1980-х и 1990-х годов было необходимым противоядием телевидению и другим печатным СМИ, ставшим политически услужливыми, идеологически монотонными и слишком самовлюбленными. Лимбо и его двойники на радио не были впрямую ответственны за ту поднявшуюся волну недоверия и презрения к СМИ среди представителей «средней Америки», как показала знаменитая атака Агню на прессу. И все же радиоведущие разожгли это недоверие с новой силой. В конечном итоге радиобеседы стали такими же догматическими и однобокими, как та культура, которую они пытались вытеснить. В то время как консервативно настроенные ведущие могли привлечь внимание к дебатам, которые крупные телеканалы предпочитали игнорировать, а также позволяли быть услышанными тем людям, которые считали, что все вокруг – ложь, и что эксперты не умнее остальных и гораздо лживее любого другого.
31
Уильям Сафир (1929–2009) – американский журналист, главный редактор газеты New York Times, спичрайтер президента Ричарда Никсона.