– Однако так обстоят дела, разве нет? – проговорила миссис Баррингтон, делая акцент на каждом слове. – Я бы не стала никого обвинять, но факты есть факты.
– Пожалуй. – Я не знала, что и думать. Все это походило на причудливый вымысел.
Она смотрела на меня в ожидании.
– Ну так что же?
– Что, миссис Баррингтон?
– Вы мне поможете?
– Ваша история очень интригует, но я до сих пор не понимаю, как могу вам помочь.
Она была явно разочарована.
– Неужели у вас не возникло идеи, как поймать преступника?
– Боюсь, что нет.
Я колебалась. Трудно было всерьез обвинить кого-то из присутствующих гостей. Вероятно, в тот вечер прислуге удалось незаметно провернуть эту маленькую аферу. Но надо признать – миссис Баррингтон сделала все, чтобы совершить это не удалось.
– Ладно, давайте притормозим, – сказала она. – Я постараюсь придумать что-нибудь сама, но вы поможете, хорошо? Я же не прошу вас хватать вора за руку, бороться с ним за мои драгоценности или еще что-то в этом духе.
Что ж, спасибо и на том.
– Устрою еще один ужин, хотя и нескоро – у гостей свои дела, придется подождать, пока все снова будут свободны… О, как я раньше не подумала! – вскричала она так неожиданно, что я вздрогнула. – Бал-маскарад у лорда Данмора! Он ведь пригласил вас с супругом. И я совершенно точно приду. Да все придут – каждый из нынешних гостей. Прекрасная возможность, чтобы устроить засаду.
– Миссис Баррингтон… – Я решила разубедить ее, но, похоже, с тем же успехом могла бы попытаться остановить поезд на полном ходу.
– Я надену украшения, а на балу сниму их прямо перед носом подозреваемых – и мы посмотрим, кто же из них клюнет.
– Не думаю…
– План идеальный, – перебила миссис Баррингтон. – Все, что от вас потребуется – это проследить за каждым, направить их ко мне, а затем немного поболтать. Ну и, конечно, свидетельствовать.
– Что именно вы собираетесь предпринять, если все пойдет по плану? – спросила я, дабы немного привести ее в чувство. Казалось, об этом она не думала ни секунды… Но и на этот раз я не угадала.
– Все очень просто, – ответила хозяйка, махнув рукой. – Пойманный на горячем, вор будет так пристыжен, что сам пожелает вернуть все мои вещи, лишь бы сохранить это в тайне. А большего мне и не надо: просто верните мою любимую брошку! Так вы поможете или нет?
Что делать? Это совершенно безумный план, и я должна уберечь себя от любого участия в нем. Впрочем… Как мне это навредит? Если все это полная ерунда, никто ни о чем не догадается. А если миссис Баррингтон права, то я, вполне возможно, смогу предотвратить катастрофу и удержать бедолаг от опрометчивых поступков.
– Хорошо, миссис Баррингтон, я вам помогу, – уступила я в конечном счете.
– Замечательно! Я знала, что вы согласитесь! Давайте же расскажу все поподробнее.
План был такой: оставить браслет там, где «подозреваемые» никак не смогут его не заметить. А дальше остается лишь ждать, когда злодей сделает то, что должен. Моей же задачей было привлечь к браслету внимание, так что вор будет точно знать, где его найти, а затем принять участие в «переговорах». То есть убедить преступника вернуть краденые безделушки.
Просто как дважды два, но сработает ли? На этот счет я сильно сомневалась. С одной стороны, я до сих пор была уверена: ни один из гостей драгоценности миссис Баррингтон не трогал. И вообще, вся эта история напоминала мне одну дешевую детективную пьеску, на которой я имела счастье присутствовать…
– Теперь я могу вздохнуть спокойно, миссис Эймс, – сказала миссис Баррингтон, с чувством сжав мою ладонь. – Уверяю вас, мы в два счета решим это дельце, и вы будете рады, что согласились помочь.
Как раз в этом я сомневалась больше всего. Я, вопреки здравому смыслу, ввязалась в детективную игру Серены Баррингтон и теперь могла лишь догадываться, какие неприятности на себя навлекла.
Майло обнял меня за талию и повел к машине. Мысли беспорядочно роились в моей голове, так что всю дорогу я молчала. Заметил ли он, как я была напряжена?..
Маркхем, наш водитель, завел двигатель. Мы тронулись, и Майло, утопая в сиденье, ослабил галстук.
– Да, как я и думал, скучнее некуда.
– Правда? – откликнулась я, глядя в темноту мелькавших улиц. – Лично я узнала много интересного. – Намного больше, чем рассчитывала, – до сих пор не укладывалось в голове.
– Так, а что насчет виконта? – спросил Майло. – Неужели он тебя очаровал?
– Пригласил нас на завтрашний маскарад.
– Ага, значит, это ты его очаровала. Я должен был догадаться. Он определенно наслаждался твоей компанией.
Я промолчала, и вскоре тишина тяжело нависла над нами. Муж смотрел на меня в темноте.
– О чем думаешь? – спросил он наконец.
– О всяком.
– Я знаю, о чем ты думаешь. О том, что сказал этот недоумок Джеймс Харкер.
Я повернулась к нему.
– Какая разница.
Однако, если судить по моей интонации, разница была.
– Как я и сказал за ужином, Элен Рено я почти не знаю.
– Не хочу обсуждать это. Пожалуйста, Майло, не сейчас. – Я кивнула в сторону Маркхема, который, должно быть, слышал каждое наше слово.
Майло понял намек, но вместо того чтобы оставить эту тему, он придвинулся ко мне, обнял за плечи и прошептал на ухо:
– Всего лишь грязные слухи.
Я не была готова ответить.
– Посмотри на меня, дорогая.
Я повернулась к нему – он был так близко, что мы соприкоснулись губами – и посмотрела прямо в его глаза – бездонные голубые глаза даже в этой кромешной темноте.
– Здесь не о чем говорить. Правда.
Как же мне хотелось ему верить… Может быть, у меня получится. Я не верила ему раньше, и это едва нас не погубило.
– Пусть так, – вздохнула я.
Майло улыбнулся и прильнул к моим губам.
– Майло, – прошептала я, – не сейчас.
Он бросил раздраженный взгляд в сторону водителя и сказал:
– Поверь, Маркхем в курсе, что при случае джентльмен может поцеловать свою жену.
И если прежде Маркхем этого не понимал, то хорошо понял, когда мы приехали домой.
Глава 4
Утром я так и не рассказала Майло про странный разговор с миссис Баррингтон. Да и если бы рассказала, он, скорее всего, махнул бы рукой – история, мол, притянута за уши, но что поделать – надо же стареющей светской львице как-то себя развлекать. К тому же я побаивалась, что он попытается убедить меня не лезть в, собственно говоря, чужие дела.
Впрочем, все это никак не повлияло бы на мое решение пойти на бал. Майло, пусть и без особого энтузиазма, согласился меня сопровождать.
Весь день прошел в сборах. Все началось с платья: их у меня было предостаточно, но ничего подходящего для маскарада я так и не нашла. Моя модистка обещала подобрать что-то приличное, но от нее долго не было вестей, и когда терпение подошло к концу, я решила выбрать из того, что есть.
Винельда, моя горничная, наклонив голову, стояла у меня за спиной и наблюдала за приготовлениями. В зеркале эта милая миниатюрная девушка выглядела как фея, сидящая у меня на плече.
– Какие у вас красивые волосы! – Она наклонилась, чтобы рассмотреть их поближе. – Как у кинозвезды.
– Правда? Спасибо тебе. – Я сомневалась, выглядит ли прическа настолько эффектно, хотя и сделала завивку сегодня утром.
– Всегда хотела темные локоны, как у вас, – продолжала она мечтательно. – Но у моих родителей волосы светлые, как сено, и мои сами собой не потемнеют. А если покрасить?.. Получится не так, как надо. Нет, не собираюсь я этого делать.
– У тебя и так прелестные волосы, Винельда.
Что правда, то правда. Она была блондинкой с платиновым блеском – таким волосам сама Джин Харлоу[2] позавидовала бы.
2
Американская кинозвезда 30-х гг. За цвет волос ее называли «Платиновой блондинкой» – по названию известного фильма с Джин Харлоу в главной роли.