Аллейн потер лоб и уставился на мисс Бирнбаум.
— Послушайте, — сказал он, — вы сообщаете нам немало всякой информации. А здесь присутствует мистер Фокс с блокнотом. Вас это не беспокоит?
Смуглое лицо вспыхнуло, словно внутри нее полыхал огонь. В уголках губ обозначились резкие складки.
— Вы хотите сказать, что у нее могут быть неприятности? Хочется верить. Я ненавижу ее. Она гадкая женщина. Она может убить любого, кто будет стоять у нее на пути. Ей не раз хотелось бы убить меня. Она говорит мне такие обидные вещи, от которых внутри все холодеет: «Детка, ну что я могу для вас сделать, если вы лишь таращите глаза, как рыба, и от вас не добьешься ни слова?», «Бог мой, за что мне такое наказание?», «Бедное дитя, полагаю, вы ничего не можете поделать с тем, как вы выглядите, но вы, по крайней мере, можете сделать над собой усилие и постараться разговаривать так, чтобы от вас не разило Сохо[36] за версту». И потом передразнивает мой голос. Вчера она сказала мне, что кое в чем немцев можно понять, и спросила, нет ли у меня родственниц среди беженцев, потому что она слышала, будто многие англичане берут их в горничные. Я надеюсь, что это она убийца. Я надеюсь, что вы ее выведете на чистую воду и ей накинут веревку на старую морщинистую шею и повесят ее!
Мягкий, приглушенный голос смолк. Мисс Бирнбаум слегка дрожала, над верхней губой у нее выступили капельки пота.
Аллейн поморщился, потер лоб и сказал:
— Ну что, вы почувствовали себя лучше?
— Да.
— Злопамятный маленький чертенок! Неужели вы не можете стать выше всего этого и рассматривать происходящее как очень неприятный эпизод, который скоро закончится? Вы не пробовали рисовать, чтобы спустить пар?
— Я нарисовала карикатуру на нее. Когда я уеду из этого дома, я пошлю ее ей, если она к тому времени еще не будет за решеткой.
— Вы знакомы с Сарой Аллейн?
— Она одна из тех, кто пользуется успехом. Да, я ее знаю.
— Она вам нравится?
— Ничего. По крайней мере, она помнит, кто я такая, когда мы встречаемся.
Аллейн решил на время оставить разговор о своей племяннице.
— Ну что ж, — сказал он, — осмелюсь предположить, что ваше избавление наступит раньше, чем вы думаете. А сейчас мне нужно уходить. Надеюсь, мы еще встретимся.
— Я тоже. Полагаю, вы думаете, что я просто ужасна.
— Совершенно верно. Убедите себя, что все окружающие ненавидят вас, и вы всегда будете счастливы.
Мисс Бирнбаум улыбнулась.
— Вам, наверное, кажется, что вы очень умный? — спросила она. — До свидания.
Они дружески пожали друг другу руки, и она проводила их до выхода. Последнее, что запомнил Аллейн, — это темная, коренастая, агрессивная фигурка на фоне сдержанных, элегантных полутонов.
21. Заявление Люси Лорример
Было уже почти шесть часов вечера, когда Аллейн и Фокс вернулись наконец в Скотланд-Ярд. Они сразу же направились в кабинет Аллейна. Фокс принялся разбирать свои записи, а Аллейн стал просматривать донесения, поступившие за время их отсутствия. Они оба раскурили трубки, и между ними установилась та приятная атмосфера близости, которая возникает, когда два человека молча занимаются одним общим делом.
Наконец Аллейн отложил бумаги и взглянул на своего друга. Он подумал: «Сколько раз мы сидели вот так, Фокс и я, словно два скромных клерка в канцелярии Страшного Суда, разбирая и классифицируя человеческие злодеяния. Фокс уже начал седеть, на щеках у него стали появляться старческие сосуды… Скоро я одиноко побреду домой, в свое логово». В его воображении тут же возник образ женщины, сидящей возле камина в голубом кресле с высокой спинкой, но эта картина была слишком домашней. Скорее она будет сидеть на каминном коврике, ее руки, перепачканные углем, будут стремительно летать над белой поверхностью, оставляя на ней изящные, восхитительные линии. Когда он войдет, Трой оторвет взгляд от рисунка и улыбнется, а может быть, нахмурится. Он отогнал от себя это видение и обнаружил, что Фокс, по обыкновению, смотрит на него с мягкой выжидательностью.
— Закончили? — спросил Аллейн.
— Да, сэр. Я пытался уточнить кое-какие детали. Вот отчет по поводу чистки серебра. Этим занимался Кэрви, и, надо сказать, неплохо поработал. Обошел все дома, выдавая себя за сотрудника службы по борьбе с мышами и крысами, и быстро подружился со слугами. У Каррадосов все серебро чистили сегодня утром, включая портсигар сэра Герберта, который Кэрви видел в буфетной у дворецкого и о котором сказал, что он все равно не подходит по форме. Слуга сэра Даниэля чистит серебро по понедельникам и по пятницам, так что все было вычищено вчера. Франсуа чистит вещи Даймитри ежедневно, по крайней мере, он так утверждает. За нуждами молодого Поттера и Уизерса следит квартирная прислуга, которая чистит лишь столовое серебро. Портсигары Холкат-Хэккетов чистят по пятницам, но полируют ежедневно. Это, пожалуй, все. Что там слышно у Бэйли?
36
Район в центральной части Лондона, средоточие увеселительных заведений, часто сомнительного характера.