Лора почувствовала руку на плече и, повернувшись, увидела Монти, стилиста Джереми, а теперь ее — из-за того, что она, видимо, не имела никаких связей за пределами круга знакомых её бывшего босса. Они хотели обменяться воздушными поцелуями, но Лора повернула голову не в ту сторону, и поцелуй пришелся в щеку.
— Вчера ты была великолепна, — прошептал он.
— Может быть, ты поможешь мне сегодня?
— Как Руби? Держится?
— Отлично.
— Давай я что−нибудь сделаю с твоим лицом? — спросил Монти, в очередной раз, выпрашивая разрешение добраться до Лориного лица. — Пожалуйста?! — Его скорченная мультяшная мордашка была старой уловкой, но сегодня, расстроенная фотографией в газете, Лора сдалась и села к нему на стул.
Первое, что он сделал, — это закапал капли в глаза.
— У тебя глаза красные, как у омара. Ты не спала?
Лоре не хотелось отвечать ни на какие вопросы о ее бессоннице.
— Как ведет себя Ровена?
— Она все время в туалете. Уже как дива.
— Чейз взбесится, если почувствует, что ее тошнит.
— Ровена? Никогда. Милая, она просто не утруждает себя едой с самого начала. — Монти мазнул кистью по щеке Лоры и продолжил. — Димфна ест саму себя. Она просто жует жвачку, потому что нет ничего хуже, чем дыхание девушки после похода в туалет. Особенно после сыра. Они все притворяются, что похожи на твою сестру. Есть как свиноматка у корыта, и не прибавить и сантиметра в талии. Но не могут, дорогая.
— Ты знаешь все об этих девушках.
— Конечно. Они все время оказываются в моем кресле, после туалета или нет, поэтому я должен знать о них все.
Она потянулась назад к сиреневой таблетке, чуть не получив при этом кисточкой от туши в глаз.
— Сиди смирно, — сказал Монти.
— Подожди, ты видел их раньше? — Она протянула таблетку.
Он взглянул на нее и вернулся к работе.
— Где ты это нашла? — прошептал он. Выглядел стилист при этом крайне серьезно. Лора сразу же поспешила спрятать капсулу в карман.
— Что это?
— Диетическая таблетка, — сказал он. — Это из Амстердама или Нидерландов.
— Амстердам находится в Нидерландах.
Он пожал плечами. По−видимому, география не была его сильной стороной.
— Она вызывает аллергию на еду. Они так говорят, во всяком случае. Но не похоже, что эти сороки были учеными, если ты понимаешь, о чем я. Где ты его взяла?
— Я нашла её у одной из девушек. — Это была правда, но правда, которая могла бы помочь ей узнать чуть больше информации.
— Не говори мне, — сказал он, попадая прямо в ее ловушку, — Димфна Бэстил.
— Нет.
— В самом деле? Я удивлен.
— Почему?
— У нее толстые пальцы. Никогда не замечала? Она склонна к полноте, поэтому изо всех сил борется с весом.
Лора собиралась спросить Монти, что именно он имел в виду, под словами склонна к полноте, и что именно он видел, когда разглядывал пальцы Димфна Бэстил, но появилась Ровена. На ней был матовый черный обтягивающий костюм, который одевался под следующее платье. Все согласно порядку одевания: нижнее белье, макияж, волосы, верхняя одежда. С волосами пришлось повозиться подольше, чем с примеркой одежды, но вскоре девушка стояла в последнем костюме. Ровена должна была представлять платье−оригами, подозрительно напоминающее платья, из-за которых Лора чуть не провалила экзамен в Парсонсе. В невообразимой трапеции, состоящей, из черно−белых конусов и галстуков, напрочь отсутствовала шея.
Ровена протянула одну из завязок.
— Как это работает?
— Это похоже на математику, — сказала Лора, заправляя, складывая и завязывая. — Ты носишь его в соответствии с первыми тремя аксиомами евклидовой геометрии[22].
— Я пропустила этот урок, — пробормотала Ровена. Монти что−то брызнул в волосы, и она оттолкнула его. Но он проигнорировал её, заканчивая работу.
Лора завязала последний узел и завернула заднюю часть в скрытый капюшон.
— Ну, получить пятерку за неё достаточно трудно. Я слишком вожусь с этой вещью.
— Дорогая, — сказал Монти, отводя капюшон в сторону. — Я не знаю, что это значит, но давай ты будешь суетиться с этим платьем, когда я закончу, хорошо?
Прогнанная, Лора обнаружила, что ее сестра суетится с бумажным пакетом, полным браслетов.
— Серебряные? — спросила Руби.
— Да. Должны были быть с серо−лиловым.
— Я планировала надеть много их на левой руке, но теперь я думаю… — Она приподняла два браслета.
— Хорошо. Эй, — сказала Лора, как будто какая−то интересная мысль только что пришла ей в голову — Я тут подумала, а что, если Томасина ввязалась в какую−нибудь диету с таблетками и смешала её с алкоголем?
22
Евкли́дова геоме́трия − геометрическая теория, основанная на системе аксиом, впервые изложенной в «Началах» Евклида (III век до н. э.). В «Началах» Евклида была дана следующая система аксиом: 1) От всякой точки до всякой точки можно провести прямую; 2) Ограниченную прямую можно непрерывно продолжать по прямой; 3) Из всякого центра всяким радиусом может быть описан круг; 4) Все прямые углы равны между собой; 5) Если прямая, пересекающая две прямые, образует внутренние односторонние углы, меньшие двух прямых углов, то, продолженные неограниченно, эти две прямые встретятся с той стороны, где углы меньше двух прямых углов. В 1899 году Гильберт предложил первую достаточно строгую аксиоматику евклидовой геометрии. Существуют и другие современные аксиоматики, наиболее известные: аксиоматика Александрова; аксиоматика Биргофа, содержащая всего 4 аксиомы, но использующая вещественные числа как готовое понятие; аксиоматика Тарского. (прим.ред.)