— Да.
Сорша вопросительно подняла тонкую бровь. Рей тоже сделала реверанс.
— Желаю, моя королева. Но если вдруг возникнет опасность… Должны ли мы тебя разбудить?
— Нет.
Высокая королева закрыла глаза. Стеклянные стены сомкнулись, образовав купол.
— Я все сказала. Изволь подчиняться.
ГЛАВА 19
Пока Эни справлялась со своим гневом, Девлин сидел молча (насколько это было возможно). Ему сейчас очень не хватало тишины, когда можно сосредоточиться и спокойно обдумать дальнейшие шаги. Но на Эни тишина действовала угнетающе, неподвижность — тем более. Чем дальше вперед несся конь, превратившийся в машину, каким-то чудом уворачиваясь от многочисленных автомобилей, тем больше эта бешеная поездка успокаивала Эни.
«В этом мы с ней совсем не похожи».
Девлина неприятно будоражило сходство коня с транспортным средством смертных. В отличие от многих фэйри он без особого физического дискомфорта мог ездить в настоящих металлических клетках, однако испытывал там моральный дискомфорт. Сейчас же Девлину было и физически неуютно. Конь превратился в другую машину: вместо просторной «барракуды» они ехали в смехотворно маленьком «остине-мини» вишневого цвета, с откидным верхом. По словам Эни, это была «классика образца тысяча девятьсот шестьдесят девятого года». Девлин еще раз подивился странной логике смертных. Называть «классикой» тесную кабинку, где любой смертный выше среднего роста должен был сидеть скрючившись! Ну а музыка такой громкости, какую установила Эни, повредила бы уши любому смертному. Это было еще одной, третьей по счету пыткой, обрушившейся на Девлина.
— Эни! — позвал он.
Пришлось не говорить, а орать, чтобы перекрыть голос исполнителя, вопящего о том, что ему надоело «дешевое и веселое»[5].
Эни не отозвалась, и тогда Девлин резко уменьшил громкость.
— Я бы хотел обсудить наш план, — сказал он, ничем не выдавая своей тревоги и подавленности.
— Наш план?
— Да. Наш план. Или ты думаешь, что справилась бы с моей сестрой одна?
Девлин схватился за ручку дверцы, поскольку Эни опять прибавила скорость.
— Я привыкла действовать одна. Кстати, когда я хотела атаковать ее, ты мне ничем не помог.
Эни сердито взглянула в его сторону и оскалила зубы.
— По-настоящему тебя надо было бы высадить где-нибудь на дороге, и гуляй на все четыре стороны. Толку от тебя никакого. Я-то думала: если мы навалимся на нее вместе…
— Она взяла бы тебя в плен или убила.
Девлин на несколько секунд закрыл глаза, потом открыл и попытался найти слова, которые бы не выдали его беспокойства по поводу обоих вариантов такого исхода. Кажется, нашел.
— Потом ты поймешь, что это было наилучшим решением. Нам нужно уехать подальше и найти место, где совсем нет фэйри. Там мы затаимся и переждем. Главное — не быть под носом у Бананак. Моя сестра не всегда последовательна в своих желаниях. А сейчас в Хантсдейле столько свар, что она найдет себе новое занятие по душе.
Эни молчала и внимательно смотрела на забитую машинами дорогу. Она сбросила скорость, потом опять увеличила и промчалась почти впритык к тяжелому грузовику. Какой была бы эта девчонка, если бы с рождения воспитывалась среди гончих? По свирепости она уступала гончим, зато по импульсивности, пожалуй, превосходила их.
— Она велела мне убить Ниалла, и я думала над этим, — вдруг сказала Эни.
Девлин утратил спокойствие.
— Такие вещи нельзя рассказывать всем подряд.
— Без тебя знаю. Не скажу, чтобы я думала про это всерьез. Гибель Ниалла расстроила бы Айриэла. — Эни нахмурилась — Дело не в том, что мне трудно убивать. При Темном дворе убийства — обычное дело. Но повторяю: я не хочу огорчать Айриэла. Вообще-то я сомневаюсь, что смогла бы убить Ниалла. Он не заслужил смерти.
— А убить, защищая Айриэла, ты бы могла? — спросил Девлин.
— Естественно.
— Ты не находишь, что убийство Ниалла было бы равносильно предательству твоего двора?
— Наверное, но я не приносила клятву верности. Гончие ее не приносят. Смертные тоже.
Она втиснулась в узкое пространство между двумя машинами, выскочила и миновала спортивный автомобиль, ехавший чересчур медленно.
— Ниалл — не совсем мой король. Я просто обдумывала технические стороны его убийства.
— В тебе не осталось почти ничего от смертной природы, — перебил ее Девлин. — У гончих преданность в крови. Айриэл заслужил твою верность, и потому твой выбор вполне рационален и находится в пределах ожидаемого поведения гончих Темного двора.