– Это правда? Вы встречаетесь два года?
– Три. Обручились на вторую годовщину.
– Гммм, – протянул он.
Она вскинула бровь.
– И это все?
– Пытаюсь придумать что-нибудь милое и подходящее.
– Забудь. Если бы ты видел моих прежних избранников, влюбился бы в Джеральда.
– Значит, его так зовут? Джеральд?
– Ага, а что?
– Звучит так, словно он чей-то дворецкий.
Они оба рассмеялись.
– Спасибо, что отвлекаешь, – сказала она. – У меня странное ощущение.
– Какое?
Кейт обвела взглядом дома, мимо которых они шли, – темные, безмолвные и зловещие.
– Что на нас смотрят.
Городская площадь напоминала картину Нормана Роквелла[7], превратившуюся в кошмар. В центре площади возвышалась бронзовая статуя – мужчина на вздыбленном коне. На снегу вокруг монумента, как клочья ваты из старого матраса, валялись кусочки ткани – обрывки футболок, штанов, трусов и даже бейсболки. Огонь пылал в старых железных бочках, выстроившихся по периметру площади. Огромные оранжевые языки пламени отражались в черных витринах. Машины были брошены (некоторые посреди улицы): двери нараспашку, моторы заглохли. На снегу валялся велосипед с согнутой под прямым углом рамой.
– Какого черта здесь случилось? – спросила Кейт. Она оглядела оледеневший хаос и посмотрела на темный церковный шпиль, пронзавший небо иглой шприца.
– Похоже на поле боя, – подала голос Нэн, медленно приближаясь к бронзовой статуе в центре площади. – Кто зажег эти огни? Мародеры?
Тодд наклонился к Фреду и прошептал, чтобы женщины не услышали:
– Где все, черт возьми?
– Ради их блага надеюсь, что они ушли до того, как это случилось…
– А что именно…
Нэн закричала.
Глава 6
Они бросились к ней, дрожавшей позади бронзовой статуи. Широко раскрытыми от ужаса глазами Нэн взирала на что-то на снегу.
– Что там? – быстро спросил Фред, скинул спортивную сумку Тодда и приблизился к ней. Он крепко обнял Нэн за плечи. От испуга женщина уронила мишку, и теперь он валялся на снегу.
– Боже, – сказал Тодд, подойдя к ним.
Снег под ногами почернел – возможно, от крови. Ее было так много, что к горлу Тодда подступил ледяной ком. В луже отражался огонь, придавая ей медный оттенок; вокруг разметались какие-то волокнистые лохмотья, похожие на веревки.
– Это кровь? – спросила Кейт у него за спиной. – Боже, я ведь права?
Фред прижал Нэн к груди. Тодд услышал, как она тихо заплакала.
Кейт указала на волокнистые веревки, разбросанные по снегу.
– Что это такое?
– Останки животного, – сказал Фред, крепкой рукой придерживая голову жены. – Что-то с ним случилось.
– Хочешь сказать, это кишки? – спросила Кейт. – Гребаные внутренности?
– Шшш, – зашипел Тодд, кивком указав на Нэн. – Успокойся, хорошо?
– Тодд, какого хрена тут происходит?
– Я не знаю.
– Здесь случилось что-то ужасное.
– Мы можем позвонить в полицию и сказать…
– Нет, – оборвала Кейт. – Пора убираться отсюда.
– У нас нет машины. Надо вызвать копов…
– Мобильники не работают!
– … и дождаться их, – тихо добавил он, хотя сердце стучало в груди, как молоток.
– Надо валить, – настаивала Кейт. Она схватила его за плечи и уставилась на него. Тодд думал, что в ее глазах будут слезы, но она смотрела мрачно и решительно. – Ладно. Я солгала тебе. Мне страшно, понимаешь?
– Все будет хорошо… – Тодд обменялся взглядами с Фредом – вместе с женой, приникшей к его груди, старик обходил статую. Тодд нагнулся и подобрал плюшевого мишку. Затем взял Кейт за руку и повел ее к Уилкинсонам.
– Здесь никого нет, – сказал Фред поверх серебристой головы Нэн. Его глаза в свете огня отливали сталью и золотом и смотрели мрачно.
– Но кто-то ведь развел эти костры, – заметил Тодд.
Фред дернул плечом. Он казался невероятно спокойным.
– Если речь о тех же ребятах, что разбросали по снегу внутренности, мы наверняка не захотим их искать.
– Внутренности, – повторила Кейт, словно хотела почувствовать, насколько абсурдно это звучит. – Фантастика.
Нэн подняла голову с груди мужа. Ее глаза остекленели, но выглядела она куда более собранной, чем рассчитывал Тодд.
– Кейт права. Нам нельзя здесь оставаться. Это место… с ним что-то…
– … что-то не так, – закончила Кейт. – Это сразу чувствуется. Словно под городом проложили огромный электрический кабель, и теперь вся земля вибрирует.
7
Американский художник и иллюстратор (1894–1978), прославившийся благодаря картинам, изображавшим жизнь в небольших городках.