Шли маленькие и большие дети, взрослые и, совсем пожилые, если нестарые, люди. Все они были одеты в яркие разноцветные куртки, шапочки, шарфы. Эта гамма цветов создавала праздничное настроение. Способствовало этому и появление среди зрителей великих, в прошлом, спортсменов. Здесь были финн Юхо Миетто, норвежец Эдвард Бро, швед Магнуссон, другие знаменитые лыжники. Они с удовольствием фотографировались с поклонниками лыжных гонок, а, при фотографировании с детьми, усаживались для этого прямо на снег. В воздухе витал дух большого красочного праздника.
Организаторы проложили лыжные трассы так, что они петляли рядом со стартовым городком, и можно было, перебегая с места на место, несколько раз за гонку видеть лыжников. Перед выкатом на финиш, лыжня делала петлю и уходила вниз под лахтинский трамплин. Там был небольшой, но очень крутой подъём, на котором, практически, и решалась судьба гонки. Лыжники попростому называли его «заглотыш». Вот уж действительно, как заглотнёшь его, то и получишь на финише. А сам финишный участок шёл под горку, затем лыжник выкатывался на лыжный стадион и, делая по нему почти круг, финишировал у трибуны со зрителями. Места на трибуне стоили немалых денег.
Ни в стартовый городок, ни в финишную зону посторонних не пускали. За этим следили специально экипированные охранники — финские стрелки.
Найдя удобное место, откуда просматривался большой кусок лыжной трассы со спуском и небольшим подъёмом, не закрывающего идущего лыжника, и откуда напрямки, через лесок можно было за минуту добежать до «заглотыша», Валентин с Виктором стали с интересом смотреть на проходящих мимо в разминочном темпе лыжников и лыжниц.
Вот мимо промчался Владимир Смирнов. Следом за ним шли Алексей Прокуроров и Михаил Девятьяров. Они выступали на этом чемпионате в звании олимпийских чемпионов, и к ним было особое внимание зрителей. Каждую знаменитость они встречали бурными криками радости.
Между мужчинами-лыжниками мелькали лыжницы. У них старт чемпионата мира был на следующий день, а сегодня они откатывались.
Дождавшись появления на лыжне своей спортсменки — Лены Вяльбе, северяне заголосили и замахали руками, пытаясь обратить её внимание на себя. Их усилия увенчались успехом, и она подъехала к ним.
— Ленулька, как дела?
— Отлично!
— Не болеешь, как некоторые?
— Уже знаете?
— Да, доктор сказал. — Валентин достал фотоаппарат. — Это надо же было Серёге так опростоволоситься. После душа, босиком и по бетонке.
— Да бред это всё. У него давно была температура, ещё в Бакуриани. Вот он и решил её погонять. И не по какому бетону он не бегал. Это врачу надо как-то защититься. Лечить надо было лучше! — Лена упрямо тряхнула головой.
— Ну, давайте я вас с Виктором Дмитриевичем сфотографирую, — Валентин поднял фотоаппарат.
— Нет, так дело не пойдёт! Сфотографируемся втроём. — Лена взяла фотоаппарат из рук Валентина и, обратившись к стоящему рядом финну, попросила его сфотографировать троицу. Тот согласно закивал головой и, взяв фотоаппарат, выскочив за ограждение на трассу, стал «прицеливаться» в этих русских. Крикнув «Смайл!»7 он щёлкнул затвором оптики.
— Тэрве8, — сказала Лена, забирая у финна фотоаппарат. — Ну, я покатила!
— Постой, ты завтра-то бежишь? — спросил Виктор Дмитриевич.
— Бегу, но в слабейшей группе.
— Мы здесь же будем!
— Хорошо! Пока! — и она легко покатилась по лыжне.
Стоящие рядом зрители сразу же заголосили, а финн прокричал ей вдогонку: «Пока, пока!», — и, обернувшись к русским, широко заулыбался, показывая большой палец. «Трюбыцына, — старательно выговорил он, и добавил, — Прима!»
Они с удивлением смотрели на финна знавшего девичью фамилию Лены, а значит и её успехи в молодёжных чемпионатах мира. Такого они не ожидали. В дальнейшем, правда, им пришлось убедиться, что местные зрители, а к ним можно было отнести и норвежцев и шведов, заполонивших всё пространство вдоль лыжных трасс, прекрасно знают всех великих и перспективных спортсменов, а также прекрасно разбираются в лыжных гонках, как и в прыжках с трамплина, и лыжном двоеборье. Ведь на лыжных и прыжковых стадионах тридцатитысячного Лахти собиралось в день до ста тысяч зрителей.
И вот, старт мужской тридцатикилометровой лыжной гонки классическим стилем дан. В отсутствии многолетнего лидера мужских лыжных гонок шведа Гундэ Свана, трудно было назвать победителя. Здесь равные шансы были и у финнов, и у норвежцев, и у шведов. Не посторонними наблюдателями должны были стать и наши лыжники.