Сделает глаже, а те, что утратили силу, отбросит;Будет он с виду играть, хоть и мучится так же, как всякийСкачущий, будто Сатир или пляшущий пляску Циклопа.Я предпочел бы казаться безумным поэтом, негодным,Лишь бы плохое мое меня тешило, пусть и обманом,Чем разуметь и ворчать. Таков был один аргивянин:Все-то казалось ему, что он слушает трагиков дивных, —130 Сидя в театре пустом, аплодировал он им в восторге;Прочие жизни дела исполнял он, как прочие люди,Добрым соседом он был и хозяином гостеприимным,Ласков с женою; умел снисходительным быть и к рабам он:В яростный гнев не впадал, коль печать повредят у бутыли;Он и обрыв обходил, и не падал в открытый колодец.Стал он усильем родных и заботою их поправляться;Выгнав из желчи болезнь наконец чемерицею чистой,Только пришел лишь в себя: «Не спасли вы меня, а убили,Други, — сказал он, клянусь! Ибо вы наслажденье исторгли,140 Отняли силой обман, что приятнейшим был для сознанья.Нужно мне жизнь подчинить, значит, мудрости; бросить забавы,Детям на долю отдать подходящие им лишь утехи…Слов не искать для того, чтоб приладить их к струнам латинским,Но изучать только строй и гармонию правильной жизни.Вот почему сам себе я твержу, про себя рассуждая:Если б не мог утолить ты обильною влагою жажду,Ты обратился б к врачам; а о том, что, чем больше скопил тыТем ты и жаждешь сильней, никому не дерзаешь признаться?Если бы рана твоя от назначенных трав или корня150 Легче не стала, ведь ты избегал бы лечиться как корнем,Так и травой, от которых нет пользы, — ты слышал: «Кому лишьБоги богатство дадут, от уродливой глупости тот ужБудет свободен». И ты, хоть ума не прибавил нисколько,Ставши богаче, ужель будешь верить советчикам этим?Если ж богатства могли б тебя сделать разумным, убавитьАлчность и трусость твою, тогда вот было бы стыдно,Если б жаднее тебя кто-нибудь на земле оказался.Если же собственность — то, что купил ты по форме, за деньги,То ведь дает тебе то же (юристов спроси!) потребленье.160 Поле, что кормит тебя, ведь твое; ибо Орбий-крестьянин,Нивы свои бороня, чтобы хлеб тебе вскоре доставить,Чует, что ты господин. Получаешь за деньги ты гроздья,Яйца, цыплят и хмельного кувшин: и поэтому, значит,Мало-помалу его покупаешь ты поле, что былоНекогда куплено им за триста тысяч и боле.Все ведь равно: ты давно оплатил, чем живешь, или недавно.Тот, кто купил себе землю близ Вей иль Ариции, зеленьЕст покупную в обед, сам не зная того; покупнымиГреет дровами котел себе он перед ночью холодной;170 Все же зовет он своим все поле до самого края;Где на меже разнимает соседей посаженный тополь,Словно собственным может быть то, что в любое мгновеньеВследствие просьбы, покупки, насилья иль смерти, хозяевМожет менять и другим права уступать на владенье.Если ж судьбой никому не дано обладанье навеки,Вслед, как волна за волною, владельцы идут друг за другом, —Польза какая в амбарах, в земле или в том, что прибавленК выгону выгон, когда и большое и малое коситОрк безразлично; его ведь и золотом ты не умолишь!180 Мрамор, слоновая кость, серебро и тирренские куклы[557],Камни, картины и ткань, пурпурной покрытая краской, —Этого нет у иных, а иной и иметь не стремится.Но отчего же один из братьев всем пальмовым рощамПредпочитает душистый бальзам, забавы и праздность,Брат же другой неустанно, с восхода в трудах до заката,Землю, заросшую лесом, взрыхляет огнем и железом —Знает то гений, звезду направляющий нашу с рожденья —Бог он природы людской, умирающий одновременноС каждым из нас; он видом изменчив: то светлый, то мрачный190 Все, что мне нужно, себе из запаса я малого будуБрать и совсем не боюсь, что будет думать наследник,Если не больше найдет, чем думал. При этом, однако,Знать я желал бы, насколько веселый и скромный от мотаРазнится, или насколько несходен скупой с бережливым.Разница есть — ты, как мот, расточаешь свое иль затратыСделать не прочь и стяжать без труда еще больше; вернее,Словно как мальчик во дни Пятидневки Минервы[558], бывало,Временем радостным ты, но коротким спешишь насладиться.Лишь бы была далека от меня неопрятная бедность:200 В малом ли мчусь корабле иль в большом — я ведь мчусь тот же самый.Мы не летим с парусами, надутыми ветром попутным,Все же зато не влачим мы свой век и при ветрах противных.Силой, талантом, красой, добродетелью, честью, достаткомМы среди первых последние, первые мы средь последних.Что ж, ты не жаден! — прекрасно. Но разве другие порокиВместе уж с этим бежали? В груди твоей больше тщеславьяНет уж пустого? И нет перед смертию страха, нет злобы?Сны, наваждения магов, явленья природы, волшебниц,Призрак ночной, чудеса фессалийцев ты смехом встречаешь?210 Чтишь ли рождения день благородно? Прощаешь ли другу?Мягче ль становишься ты и добрей, когда близится старость?Легче ль тебе, коль одну лишь из многих заноз извлекаешь?Если ты правильно жить не умеешь, дай место разумным.Вдоволь уж ты поиграл, и вдоволь поел ты и выпил:Время тебе уходить, чтоб не в меру хмельного, поднявшиНа смех, тебя молодежь не травила, ей шалость приличней.