Важнейшей для медицинской теории является возможность превращения вещей одних в другие. Анаксагор следующим образом дает ответ на этот вопрос: «Мы, например, едим хлеб. Хлеб этот превращается в нашем теле в кости, мускулы, кровь и т. д. Значит, говорит Анаксагор, в нашей еде уже заключены элементы и кости, и мускулов, и крови»[104]. Тем самым хлеб отличается от костей только особенным качественным расположением заключенных в нем образовательных начал (гомеомерий). Если все частицы содержатся в любом элементе, то, совершенно очевидно, нет иного принципа для существования элементов, кроме структуры упорядочивания всей бесконечности, входящей в каждую, даже самую малую частицу. «Бесконечное есть то, что беспрестанно следует друг за другом»[105]. При этом каждое начало бесконечно делимо в своем собственном качестве.
Лукреций, говоря о гомеомериях в философии Анаксагора, приводит в качестве примера не только золото, огонь, землю, но и органические ткани: кости, мышцы, кровь: «Теперь мы рассмотрим “гомеомерию”. Как ее греки зовут, а нам передать это слово? Не позволяют язык и наречия нашего скудость, но тем не менее суть его выразить вовсе не трудно. Прежде всего, говоря о гомеомерии предметов, он разумеет под ней, что из крошечных и из мельчайших костей родятся кости, что из крошечных и из мельчайших мышц рождаются мышцы и что кровь образуется в теле из сочетанья в одно сходящихся вместе кровинок. Так из крупиц золотых, полагает он, вырасти может золото, да и земля из земель небольших получиться, думает он, что огонь — из огней и что влага — из влаги, воображая, что все таким же путем возникает. Но пустоты никакой допускать он в вещах не согласен. Да и дроблению тел никакого предела не ставит. Здесь остается одна небольшая возможность увертки, Анаксагор за нее и хватается, предполагая, будто все вещи во всех в смешении таятся, но только то выдается из них, чего будет большая примесь, что наготове всегда и на первом находится месте»[106].
Аристотель под гомеомериями подразумевал качественно однородные вещества, у которых любые части подобны по своим свойствам друг другу и целому. В аристотелевской картине физического универсума они занимали промежуточное место между начальными, образующими элементами и «неподобочастными» частями, к каким относится то, что возникает из «подобочастных» свойств, например, как пишет Аристотель, «нога или рука» (т. е. то, что формируется из качественного сочетания элементов, представляя действенную функцию каждой вещи). К гомеомериям (или «подобочастным» элементам) Аристотель относил органические ткани, такие как плоть, мышцы, кости, кровь, жир, древесину, кору, а также металлы и однородные минералы. «Такими свойствами и особенностями, как было сказано, отличаются друг от друга по осязанию подобочастные тела. Кроме того, они разнятся по вкусу, запаху и цвету. Под подобочастными [телами] я имею в виду, например, [все] добываемое в рудниках: медь, золото, серебро, олово, железо, камень и другое тому подобное, а также то, что из них выделяется; и кроме того, [части] в животных и растениях, например: мясо, кости, жилы, кожа, внутренности, волосы, сухожилия, вены, из которых уже составлены [тела] неподобочастные, например: лицо, рука, нога и тому подобное; и в растениях — это древесина, кора, лист, корень, и так далее. [Неподобочастные тела] образованы другой причиной; материей [т. е. материальной причиной], тех [тел], из которых они составлены, служит сухое и влажное, стало быть вода и земля (ибо и то и другое обладает соответствующей способностью с наибольшей очевидностью), а деятельной [причиной] служит теплое и холодное (ибо из воды и земли они составляют и делают твердыми [подобочастные тела], коль скоро это так, установим теперь, какие виды подобочастных [тел состоят] из земли, какие из воды и какие из того и другого вместе»[107].
Дискуссия о том, что именно понимали под «гомеомериями» крупнейшие философы античности, имеет достаточно длительную историю. Мы обнаружили один весьма значимый ее эпизод, ранее не обсуждавшийся в отечественной специальной литературе. Это полемика, происходившая в 1920-е годы между А. Пеком[108], Ф. Корнфордом[109] и С. Бэйли[110] на страницах ведущих английских научных изданий. Ее причиной стали различные трактовки, предлагаемые этими учеными для термина «гомеомерия» в работах Анаксагора и Аристотеля. Так, Ф. Корнфорд отмечал, что этот термин имеет аналогичное значение в обеих системах. С. Бэйли предпринял попытку разъяснить отдельные положения представлений Анаксагора и Аристотеля, пытаясь создать картину непротиворечивой преемственности знаний. Его рассуждения касались снятия противоречия, существовавшего между двумя составляющими концепции Анаксагора. Первая — это «принцип гомеомерности», который подразумевает, что естественное вещество состоит исключительно из частиц, подобных целому (следуя этой логике печень должна состоять из частей, в полной мере воспроизводивших ее цельную структуру и никак не похожих на составные части сердца). Вторая — идея, что «во всем есть часть всего», что подразумевает в составе естественного вещества наличие не только присущих ему частиц, но и частиц каждого вещества, существующего в мире (печень, сердце и другие органы должны иметь в своем составе все те элементы, из которых состоят материальные предметы). Оппонируя обоим ученым, А. Пек справедливо отметил, что для Анаксагора «гомеомерия» — это буквально «семя всех вещей». Смысл, который Анаксагор вкладывал в это понятие, — не «элементарный», или «простой по сути», а «простой в формировании». А. Пек, таким образом, подчеркивал важность потенциала развития, т. е. движения структурных элементов живого во времени. Подробно разбирая дошедшие до наших дней фрагменты текстов Анаксагора, А. Пек убедительно показал, что в его системе наряду с семенами четырех первоэлементов Эмпедокла все остальные вещества также образуются из семян в ходе упорядочивающей деятельности Мирового Ума[111]. Таким образом, по Анаксагору, гомеомерии содержат в себе бесконечное множество не сводимых, а по сути, тождественных элементов, производящих различные качества разных вещей[112]. Важным результатом полемики крупных английских ученых начала ХХ в. стало разграничение точек зрения Анаксагора и Аристотеля о значении понятия «гомеомерия». Согласно точке зрения А. Пека, понятие «гомеомерия» в системе Аристотеля выглядит весьма иерархично: есть элементы, которые являются материалом для «гомеомерных» и «негомеомерных» (или «функциональных») тел. К числу последних он, безусловно, относит части тел живых организмов, состоящие из неких «простых» (гомеомерных) частей, в единстве которых заложено определенное предназначение «сложного» тела (органа), реализуемое посредством выполнения им сложной функции (например, как говорит Гален, предназначение ноги — шаг). На наш взгляд, на основании анализа доступных нам переводов можно высказать предположение о том, что близкое к аристотелевскому понимание «гомеомерий» для выстраивания своей анатомо-физиологической системы использует и Гален. Однако, по-видимому, смысл, вкладываемый им в понятие «гомеомерия», существенно отличается от мнения Анаксагора и не тождественен воззрению Аристотеля. Образ мысли Галена определяется его исследовательской программой, призванной решить сугубо практическую задачу: создание целостной анатомо-физиологической системы и теории патологии, на основе которых можно решать задачи систематизации подхода к различным нозологиям и методам их лечения.
106
Лукреций I, 830, 844, 875. См.:
107
108
109
111
Например, железо, человеческая плоть или дерево образуются из соответствующих им гомеомерий, так же как огонь, вода и земля.
112
А. Пек приводит слова Анаксагора: «часть всего в той или иной части присутствует во всем». См.: