Где-то в субботу днем у Лили Роуэн, а может, то было и воскресенье, когда мы вшестером нежились на солнышке возле бассейна, я рассказал о случае на веранде в Ривердейле, опустив имя, адрес и причину своего появления там, и поинтересовался, чокнутая ли Джейн Огилви. Три женщины заявили «нет», а двое мужчин – «да», и это, конечно же, что-то доказывало, только я до сих пор так и не пришел к выводу, что же именно.
В полночь в воскресенье, посвежевший и с обгорелым носом, я бросил сумку в прихожей старого особняка из бурого песчаника, прошел в кабинет и обнаружил на своем столе записку:
А. Г.
В субботу утром звонил мистер Харви. Он со своим комитетом явится в понедельник в одиннадцать пятнадцать.
Глава 6
На этот раз их было семеро, а не шестеро. В дополнение к трем представителям АКА – Джеральду Кнаппу, Томасу Декстеру и Рубену Имхофу – и троим от НАПД – Эми Уинн, Мортимеру Ошину и Филипу Харви – появилась женщина средних лет по имени Кора Баллард, чья спина неизменно была прямой как палка, что сидя, что стоя. Как объяснил Харви, Кора Баллард не входит в состав комитета и присутствует ex officio[6]. Она занимала пост исполнительного секретаря НАПД. Харви проследил за тем, чтобы она села рядом с ним, слева. Я заметил обращенные на нее взгляды Декстера и Кнаппа и заподозрил, что на национальных выборах секретаря года книгоиздатели не отдали бы свои голоса Коре Баллард, в то время как ее ответные взгляды демонстрировали, что эти голоса ей наверняка и даром не нужны. Она положила себе на колени блокнот стенографа и вооружилась карандашом.
Филип Харви в красном кожаном кресле отчаянно зевал, вероятно по той причине, что ему пришлось встать и выйти из дому до полудня уже во второй раз за неделю. В это время Джеральд Кнапп объяснял, что ради присутствия здесь не раздумывая отменил две назначенные встречи, поскольку согласен с мистером Имхофом, что выдвинутое Элис Портер обвинение против Эми Уинн и «Виктори пресс» побуждает к немедленным и решительным ответным действиям, он также согласен с мистером Харви, что они должны в полном составе встретиться с мистером Вулфом и узнать о достигнутом прогрессе. Вулф сидел, поджав губы, и волком смотрел на него.
– Если какой-то прогресс достигнут, – закончил Кнапп. – А он достигнут?
– Нет, – пробурчал Вулф. – Наоборот. Получился регресс.
Они так и вытаращились на него.
– Не может быть, – произнесла Кора Баллард.
– Как, черт возьми, такое могло произойти?! – поинтересовался Мортимер Ошин.
Вулф перевел дух:
– Я кратко объясню вам. Если вы захотите, чтобы я вернул пять тысяч долларов, полученных от вас в качестве аванса, только скажите. В прошлый вторник я говорил вам, что операция может стать трудоемкой и дорогостоящей. Нынче же мне представляется, что она может потребовать труда гораздо больше, чем я готов вложить, а стоить дороже, чем вы готовы заплатить. Вы полагали, будто успех Элис Портер в надувательстве Эллен Стердевант вдохновил и остальных на подобные акции, однако вы ошибались. Элис Портер служила лишь орудием, как и Саймон Джейкобс, Джейн Огилви и Кеннет Реннерт.
Кора Баллард оторвалась от блокнота:
– Вы сказали «орудием»?
– Именно. К данному заключению меня привели два шага. Первый явился результатом изучения рассказов, использованных тремя из упомянутых лиц в качестве основания для своих претензий. Все они написаны одним и тем же человеком. Доказательства, лежащие в самом документе, – стиль, синтаксис, разделение на абзацы – более чем очевидны. Вы все профессионально работаете со словом и языком – изучите эти рассказы, и вы полностью согласитесь со мной.
– Я не писатель, – заявила Кора Баллард. – Я лишь работаю для писателей.
– Не «для», – поправил ее Харви. – Вы работаете «с» писателями и «на» писателей. – Он переключился на Вулфа. – Если это действительно так, то данное заключение очень важно. Я хочу сравнить эти рассказы.
– Оно не только важно, – провозгласил Кнапп, – но и замечательно. По мне, так вы все-таки добились прогресса.
– И я так думал, – отозвался Вулф, – пока не предпринял следующий шаг. Казалось, только и остается, что выяснить, кто же из этих троих написал рассказы, а дальше будет просто. Я раздобыл книги, написанные Элис Портер и Саймоном Джейкобсом, изучил их, а также перечитал свидетельские показания Джейн Огилви на суде, включая и три стихотворения, которые она продекламировала. Обойдусь без подробных разъяснений, просто скажу, что убежден, что никто из них не писал этих рассказов.