Филоктет
Какая гнусность! Он, сосуд позора,
Меня поклялся к войску убежденьем
Вернуть! таким же убежденьем властен
Он из Аида возвратить меня,
Как некогда отец его вернулся.[283]
Купец
Того не знаю. Мне пора на судно;
А вам во всем пускай поможет бог!
Оба моряка уходят.
Филоктет
Ты слышал, сын мой? Этот Лаэртид —
Он мнит, что льстивым словом он меня
На судно завлечет и как добычу
630 Свою покажет воинству всему!
Нет, нет! Скорей ехидны ненавистной
Слугой я стану, что ноги моей
Меня лишила. Но запретной речи
Нет для него, предела нет его
Отваге дерзкой. И я верю, скоро
Он будет здесь. Итак, дитя мое,
Идем на судно; пусть простор широкий
Меж нами ляжет и ладьей его.
Скорее, в путь! Поспешностью уместной
Окупим сон и отдых беззаботный
По минованье страхов и трудов.
Неоптолем
Теперь нельзя. Пусть раньше стихнет ветер,
640 Что с моря дует; двинемся тогда.
Филоктет
Все ветры благи, чтоб от зла бежать!
Неоптолем
Да, да; но ведь и их задержит он.
Филоктет
Нет для разбойника противных ветров,,
Когда добычу пред собой он чует.
Неоптолем
Ну, что ж, пойдем. Возьми же из пещеры,
В чем нужду чаешь — что душа велит.
Филоктет
Добра не много — а придется взять.
Неоптолем
А у меня в запасе не найдется?
Филоктет
Там зелье есть, которым боль свою
650 Я укрощаю, — помогает верно.
Неоптолем
Возьми его. Другой нужды не будет?
Филоктет
Посмотрим, не найдем ли стрел забытых, —
Оставить не хочу их никому.
Неоптолем
В твоих руках тот самый славный лук?
Филоктет
Тот самый; я другого не имею.
Неоптолем
Дозволишь ли взглянуть мне на него,
Рукой коснуться и почтить, как бога?
Филоктет
Тебе, дитя? Конечно! Все мое
Считай своим, чего б ни пожелал ты.
Неоптолем
660 Мое желанье — вот оно: желаю,
Коль бог согласен; если ж нет, оставь.
Филоктет
Благочестива речь, и бог согласен.
Ведь ты один свет дня мне даровал.
Твоею милостью родную Эту
Увижу я, и старика отца,
И всех друзей; поверженный врагами,
Я чрез тебя возвысился средь них.
Да, сын мой, лука ты касаться можешь:
Пусть чередует он со мной тебя.
Гордись, мой друг; один из смертных право
Стяжал ты это добротой своей.
Коснись его: ведь некогда и сам я
670 Благодеянием его добыл.
Неоптолем
Я рад и встрече и любви твоей;
Кто за добро добром платить способен,
Тот драгоценней всех сокровищ в мире.
Ну что ж, иди!
Филоктет
Войди и ты со мною:
Я слаб; опору я найду в тебе.
Поддерживаемый Неоптолемом, направляется к пещере.
СТАСИМ ПЕРВЫЙ
Хор
Строфа I
Об Иксионе[284] древнем слышали мы весть,
680 Как Зевсова ложа пытал он священного,
И как к колесу-бегуну любострастника пыл приковал
Сын державный Крона.
Но страдальцев других равных ему
В злобе лихой судьбы
Глаз не видел досель и слух не слышал.
Ничьих он прав святых ничем не оскорбил,
Был среди добрых добр всегда —
Ах! и так недостойно он погибает.
Диву даемся мы,
Как в одиноких скал глуши,
Слыша мятежных волн прибой, —
Как многослезной жизни гнет
690 Мог он нести так долго!
Антистрофа I
Он сам себе соседом, ног лишенный, был;
Он окрест не ведал товарища в бедствии,
В ком отклик нашел бы исторгнутый гложущей раною стон,
Раной незаживной;
Кто бы крови напор, жаркой струей
Бьющей из вспухших жил
Истомленной ноги, благого зелья
Желанной силой усыпил, подняв его
700 С лона всезиждущей Земли.
Полз он взад и вперед по трудным тропам,
Язву с собой влача,
Точно дитя без няни ласк;
Сам он целебных трав искал,
Если палящей раны боль
Сердцу вздохнуть давала.
вернуться
283
вернуться
284