Вальтер рассказал старому продюсеру кое‑что о своём доме и семье. Вилли подробно расспросил его о нескольких вещах и, наконец, похоже, остался удовлетворён.
— «Когда они приходят со звезд», — пробормотал он.
— Прошу прощения?
— Ничего… просто название одной старой классической вещи.
На следующем углу Вилли остановился.
— Здесь я вас покину.
Он шагнул ближе к Вальтеру и понизил голос, хотя вокруг них не было ничего, кроме тьмы и летящего снега.
— Не хотите ли вкусить немного богемной жизни, мой мальчик?
— Ну… полагаю, да, — неуверенно ответил Вальтер.
— Тогда завтра вечером, в восемь. Авеню Б, 1400, квартира 21. Запомнили?
— Авеню Б, 1400, квартира 21.
— Я должен подчеркнуть: с вашей стороны необходима полная осмотрительность. Там будут важные люди.
— Почему вы мне доверяете? — с вызовом спросил Вальтер.
— Потому что я старый дурак, — хмыкнул Вилли Фритш.
Этот смешок придал Вальтеру смелости, и он решил задать еще один вопрос:
— А Мария будет там?
— Значит и вы — дурак!
Вилли отошел на шаг, но потом вернулся, щелкнул зажигалкой и задумчиво изучил лицо Вальтера.
— А может, и нет, — пробормотал он. — Может, и нет. Возможно, Мария и могла бы там быть… на этот раз…
Он погасил зажигалку.
Еще раз усмехнувшись, Вилли растворился в темноте.
1400, авеню Б, квартира 21. Завтра в восемь вечера. Эти указания крутились в голове Вальтера всю ночь, мешая ему спать. Они смешивались с вереницей странных сервороботов, непонятными фразами, сухим смешком Вилли Фритша и завораживающим голосом Марии Пьяви, начинавшей арию, которую ей так и не суждено было допеть.
На следующий день Вальтер решил выяснить, как культ краткости изменил другие сферы земной культуры. Сначала он отправился в библиотеку, где его дурные предчувствия превратились в горькую реальность. Шедевр за шедевром были урезаны до самой сути. «Гамлет» был сокращен до семи минут общего времени чтения. Однако пожилая библиотекарша, казалось, испытывала по этому поводу неловкость.
Сверяясь с «Руководством», она сумела донести до него, что скоро выйдет новое издание: оно будет сокращено до пяти минут чтения. Не желает ли он подписаться на экземпляр?
Вальтер бросил на неё потрясённый взгляд и молча покачал головой.
Озадаченная, она подвела его к другим классическим произведениям из его списка. Каждое из них наносило новый удар. «Большие надежды»[7] были сокращены до двадцати страниц, все произведения Торо[8] — до одной тонкой брошюры, Генри Джеймса[9] — до карманного издания объёмом менее десяти страниц, а «Листья травы»[10] — до нескольких стихотворных строк.
Чувство утраты, охватившее Вальтера, стало чем-то большим, нежели личным горем. Он видел неисчислимые поколения мальчишек, которые никогда не узнают Уитмена, у которых никогда не будет времени на «открытую дорогу»[11] весной — в весеннюю пору самой жизни. Дорога и поэма были частями друг друга. Без одного не могло жить другое.
В душе Вальтера вновь разгорелся огонь мечты. В Андромеде ещё оставалось время для красоты — время для тишины, размышлений и подлинного досуга. Каким-то образом он должен спасти сокровища веков из гробницы Земли и дать им новую жизнь за три четверти миллиона световых лет отсюда.
Он подозвал пожилую библиотекаршу и с трудом сформулировал свой вопрос:
— Оригиналы этих классиков… где они?
Она недоуменно нахмурилась. Он снова указал на нужные слова и жестами показал, что имеет в виду большую книгу.
Улыбка понимания сменила хмурый взгляд. Она сверилась с более крупным изданием его «Руководства» и написала: «Хранилища Дайджестеров — нижние шесть уровней».
Он написал в ответ: «Можно мне туда спуститься?»
После некоторой заминки она закодировала ответ:
«В хранилища допускаются только уполномоченные Дайджестеры “Счастливого Времени”».
Вальтер мрачно поблагодарил её. Он был настолько подавлен, что даже дайджест Библии не слишком его шокировал. Ветхий Завет составлял одиннадцать страниц, набранных довольно крупным шрифтом; Евангелие от Марка уложилось в три абзаца; Деяния апостолов занимали меньше половины страницы.
Вальтер вышел из библиотеки, и ледяной ветер вывел его из оцепенения. Холод разжег в нем гнев — отчаянный, иступленный гнев, погнавший его на поиски хоть одной искры старой культуры, уцелевшей где-нибудь на Земле. Он должен был найти этот тлеющий уголек и привезти его обратно в Нойштадт, где тот разгорится вновь.
8
Генри Дэвид Торо (настоящее имя — Дэвид Генри Торо) — американский писатель, философ, публицист, натуралист и поэт. Видный представитель американского трансцендентализма. Основной труд — «Уолден, или Жизнь в лесу».
9
Генри Джеймс — американский писатель, крупная фигура трансатлантической культуры рубежа XIX и XX веков. За 51 год литературного творчества он написал 20 романов, 112 рассказов и 12 пьес.
10
«Листья травы» — поэтический сборник американского поэта Уолта Уитмена (1819–1892). Хотя первое издание было опубликовано в 1855 году, Уитмен продолжал писать сборник на протяжении всей своей жизни и до своей смерти успел выпустить несколько изданий. В результате ни одно его издание за примерно сорок лет не похоже на другое: первая публикация состояла из двенадцати стихотворений, последняя прижизненная — из более чем 400.