— Это всего лишь эксперимент, — сказала она, а потом посмотрела на него прищуренными глазами, как будто осматривая его.
Я ей не поверила. Но я наблюдала за ней целую минуту, а она даже не дернулась. К счастью, мне не пришлось долго ждать, чтобы узнать правду.
— Когда начнется вечеринка, все прояснится, — предсказала я, сделав руками в воздухе дугу для пущего эффекта.
— И к слову о дьвольских штучках, — пробормотала я, когда к нам неторопливо направилась Элеонора Аквитанская, кошка Лулу с гладкой черной шерстью и колючим нравом. Она посмотрела на Лулу со снисходительностью, а на меня — с нескрываемым презрением.
— Привет, дьявольская кошка.
— Если ты будешь ее так называть, она помочится тебе в ботинки.
— Снова.
— Снова, — признала Лулу.
Я пыталась быть с ней милой. Купила ей кошачью мяту, приготовила на ужин лосося, прочитала сборник стихов, который привезла домой из Парижа, показала ей единственную подлинную версию «Гордости и предубеждения»[4], которую мы с Лулу признавали. (Конечно, фанатам нравился Гарри Стайлз[5] в роли Дарси, но это просто новый ремейк. Колин Ферт[6] — единственный и неповторимый, спасибо большое). Но ее ничто из этого не расположило. Я была третьим лишним. Может, кошки не любят вампиров. Или, возможно, она видит то, чего не видят многие другие. Что я не просто вампир, или единственный рожденный вампир, а не созданный.
Какова бы ни была причина, она решила, что мы враги.
Я наклонилась, чтобы посмотреть ей в глаза, и улыбнулась.
— Я наряжу тебя ковбойшей, пока ты спишь. А потом наделаю фотографий и отправлю их в «Трибьюн»[7].
Если бы ее злой взгляд был колом, я бы умерла. Но она зашипела и убежала, сдав позиции. Я посчитала это победой.
— Обоссанные ботинки — это только начало, — сказала Лулу и сунула в рот фаршированное яйцо.
* * *
Испорченный хлеб заменили брауни в упаковке. Пока они остывали на плите, я заплела свои волнистые светлые волосы в низкую косу и надела струящуюся черную майку с темными блестящими леггинсами и ботинками. Я нанесла черную тушь на свои зеленые глаза и ярко-малиновую помаду, чтобы подчеркнуть бледную кожу.
Час спустя лофт был полон болтовни, людей, мисок, кастрюлей и пакетов с едой, которые принесли гости. Элеонора Аквитанская развалилась под обеденным столом в надежде перехватить объедки. Коннор еще не появился, но бесспорный победитель, получивший фаршированнные яйца, сидел на выступе перед стеной с окнами, каждое из которых было покрыто пластиком разного цвета, так что они светились цветами радуги.
Матео, новый ухажер Лулу, был стеклодувом, работавшим над грандиозными, дорогими произведениями искусства. Он был мускулистым и поджарым, как человек, который постоянно находился в движении, его лицо было загорелым, а волосы коротко подстрижены. У него были темные, глубоко посаженные глаза под густыми бровями, полные губы и квадратная челюсть. Он болтал с несколькими своими вычурными друзьями — все они отличались чопорной одеждой и прическами — и Петрой, еще одной подругой из ОМБ. Она была миниатюрной, с загорелой кожей, темными волосами и глазами, а еще она была аэромансером.
— Твой стеклодув, кажется, классный, — сказала я. Лулу и Матео встречались уже несколько недель, с тех пор, как мы вернулись из короткой поездки в Миннесоту. Она приехала в доме на колесах вместе с моими коллегами из ОМБ, чтобы помочь разобраться с кризисной ситуацией в Стае. Я не уверена, в чем дело, в самой поездке, компании или магии, но после возвращения она казалась еще печальнее, по крайней мере, до тех пор, пока не сошлась с Матео.
— Ага. Классный. Его друзья тоже классные. Весьма... оригинальные.
— Я с ними еще не общалась. Но если они тебе нравятся, то и мне нравятся.
А поскольку все они люди, я могу сломать их, как ветку, если они причинят ей боль. Так что это приятное преимущество.
Разговоры в лофте затихли, и я инстинктивно подняла голову, чтобы найти источник перемены.
Источником был оборотень. Мой оборотень.
Он появился из длинного коридора, ведущего к двери лофта, его тело было крепким и сильным. На нем были джинсы и футболка «САЦ Индастриз», облегающая мускулы, в руке он нес бутылку вина. Его темные волосы обрамляли точеное лицо, на котором выделялись ярко-голубые глаза и губы, обычно искривленные самоуверенной ухмылкой. У него была осанка принца, тело бога и эго, соответствующее и тому, и другому, и все это сочеталось с его честностью, остроумием и заботой о его Стае.
4
«Го́рдость и предубежде́ние» (англ. Pride and Prejudice) — шестисерийный драматический мини-сериал, вышедший в 1995 году в Великобритании на канале BBC по одноимённому роману английской писательницы Джейн Остин, опубликованному в 1813 году.
5
Га́рри Э́двард Стайлз (англ. Harry Edward Styles; род. 1 февраля 1994, Реддитч, Вустершир) — английский певец, автор песен и актёр. Гарри Стайлз начал свою музыкальную карьеру в 2010 году с участия в шоу The X Factor. После того как Гарри не достиг успеха в отборе вокального конкурса, он вместе с четырьмя другими участниками шоу основал бой-бэнд One Direction, впоследствии ставший одним из самых успешных и продаваемых бой-бэндов всех времен.
6
Ко́лин Э́ндрю Фëрт (англ. Colin Andrew Firth; род. 10 сентября 1960, Грэйшотт, Хэмпшир) — английский актёр. Начав свою карьеру в 1984 году, Ферт сумел обратить на себя внимание мировых кинокритиков только в 1995, сыграв мистера Дарси в телеадаптации романа Джейн Остин «Гордость и предубеждение». Многочисленными премиями и наградами отмечена работа Ферта в фильме «Одинокий мужчина», где он сыграл профессора-гомосексуалиста Джорджа Фальконера, ищущего смысл жизни после гибели возлюбленного в автокатастрофе; в частности, актёр стал лауреатом премии BAFTA и обладателем Кубка Вольпи за лучшую мужскую роль. В 2011 году Ферт получил статуэтку премии «Оскар» за роль короля Георга VI, пытающегося побороть заикание, в фильме «Король говорит!»
7
«Чикаго трибюн» (англ. Chicago Tribune переводится как «Чикагская трибуна») — наиболее популярная газета Чикаго и американского Среднего Запада. Несмотря на принятый в 1920-е гг. девиз «величайшая газета мира», «Чикаго трибюн» остаётся в значительной степени региональным изданием.