— Да. Мне пришлось, — призналась я. — Я не могу просто стоять в стороне и позволять другим делать грязную работу.
— Я знаю. Ты хороший человек, Лиз. — Она села, провела руками по лицу и посмотрела на меня. — Просто иногда это чертовски неудобно.
Я улыбнулась.
— С этим не поспоришь. У нас все в порядке?
Она кивнула.
— У нас все хорошо. Как думаешь, Бенджи позволит нам устроить здесь вечеринку?
— Нет, если ты будешь называть его Бенджи.
— Лэсси?
— Завязывай, пока не поздно, Лулу. — Я обняла ее. — А походы в те заведения, где можно раскрасить керамику своими руками, считаются искусством? Я всегда хотела этим заняться.
— Конечно. Если твоя керамика окажется достаточно хорошей.
На этой неделе меня судили буквально за все.
* * *
Я прошла через зимний сад — узкую комнату из рамного стекла с красивыми креслами из ротанга — к каменному патио на улице, где вокруг каменного очага стояли несколько стульев. Коннора не было ни там, ни там, поэтому я пошла по тропинке вдоль увитой плющом стены, окаймлявшей двор, и нашла его на одеяле посреди длинного прямоугольника травы.
Я сняла сапоги, и трава под моими ногами оказалась восхитительно прохладной.
Коннор лежал на спине, подложив руку под голову, и смотрел в небо — на те немногие звезды, которые он мог разглядеть сквозь дымку огней Чикаго.
Он повернул голову, чтобы посмотреть на меня.
— С ней все в порядке?
Я кивнула.
— Будет. Она привыкает к тому, что я работаю в ОМБ, состою в отношениях, а тут еще этот дом. Думаю, она чувствует себя... покинутой. Ей нужно найти своих людей, и она думала, что нашла их с Матео.
— Алексей был бы счастлив отвлечь ее.
— Я знаю. И она тоже, поверь мне. Думаю, ей сейчас нужно больше времени проводить со мной. Больше времени уделять интересам Лулу.
— Что это будет?
— Думаю, я буду расписывать кружки.
Он моргнул.
— Если это эвфемизм[34], то я не знаю, для чего.
Я села на одеяло рядом с ним, скрестив ноги.
— Не эвфемизм. Художественные штучки.
— А-а-а.
— Я видела книги, — сказала я, когда мы снова оказались почти лицом к лицу.
Он приподнял брови.
— Книги?
Я ткнула его в плечо.
— Те, что в гостиной. О вампирах.
— А-а-а.
Я смахнула прядь темных волос с его виска.
— Думаю, это было очень продуманно. И я с нетерпением жду долгих дискуссий о том, в каком порядке ранжированные вампиры могут входить в комнату.
— Ни за что на свете.
— Кстати, — произнесла я, благодарная за переход к делу, — могу я задать тебе личный вопрос?
Его ухмылка была озорной.
— Конечно.
— Не такой личный вопрос. — Но все равно, очень личный. И неловкий. Я обвела рукой вокруг. — Как ты за все это заплатил?
Он удивленно поднял брови: что бы он ни ожидал от меня услышать, это было не то.
— Деньгами?
— Я имею в виду — видимо, я не спрашивала об этом раньше — полагаю, тебе платит Стая за работу в САЦ или...?
— Члены Стаи получают часть прибыли от «САЦ Индастрис» и предприятий, которые ее составляют. В основном они достаточно успешны. Доля нашей семьи больше, потому что мы вложили деньги в первоначальные инвестиции.
Я могла в это поверить и знала, что они управляли несколькими предприятиями, но его отдельной доли в доходах семьи Киин все равно не хватило бы на все это.
— И?
— И, — категорично произнес он. — Я получаю другие средства.
Я подумала о коже, мотоциклах и о том немногом, что знала о старых мотоклубах, указывающее на то, что они промышляют наркоторговлей и рэкетом.
— Это невежественный стереотип, — сказал он, видимо, прочитав выражение моего лица. — И нет, я не использовал другие средства для покупки дома. Средства были совершенно законными.
— От прибыли «САЦ Индастрис»?
К моему полному удивлению, на его скулах заиграл слабый розовый цвет.
— И других источников на моем счету.
— У тебя есть… трастовый фонд?
Еще больше розового, отчего моя ухмылка стала еще шире.
— Ты… богат?
— Ты не должна говорить это так.
Я усмехнулась.
— Думаю, должна.
— На жизнь хватает, — сказал он, слегка поморщившись. — Мои родители знали, как инвестировать свои средства. — Он коснулся моего подбородка. — Так что если мы не уложимся в срок, и мне понадобится увезти тебя из Чикаго, мы можем придумать другой план.
Настала его очередь перейти к делу.
— И куда бы мы уехали?
— Куда захочешь, — ответил он и поцеловал меня в губы. — Иди сюда. — Он похлопал по одеялу. — Давай наслаждаться ночью, воздухом и ветерком. Миром и чертовой тишиной.
34
Эвфемизм – нейтральное по смыслу и стилю слово, бессмысленное созвучие или описательное выражение, используемое в речи для замены слов и выражений, признанных грубыми или непристойными.