Деревня же была вовсе не столь покорной и безучастной, как это показалось пережившим горький опыт предательства Грише и Мите Сибиряку, когда они наблюдали за ней с лесистого холма. В любой избе их бы накормили, а по меньшей мере в трех домах могли бы связать с партизанами. Однако и то правда, что местные жители стали осторожными. Подлость и предательство сделали мужественных валашских горцев недоверчивыми. Тени виселиц, восемь тысяч отборных живодеров в формах СС, СА, СД, своры полицейских собак, апокалипсическое нашествие, которое в ноябре прошлого года обрушилось на области между Рожновом и Верхней Бечвой, научили людей недоверию и осторожности. Правда, где-то за Зубржей «крестовый поход» К. Г. Франка[40] завершился. На территории Верхней и Средней Бечвы уже шли тяжелые бои, а это было не по вкусу нацистскому властителю, развлекавшемуся сожжением чешских деревень. С садистской ухмылкой он оглядел казненных на виселицах и уехал восвояси. Через шесть часов из Рожновской области поредевшие, но дисциплинированные и несломленные партизанские части перешли в Карловицкую.
Таким оказалось недавнее прошлое тех мест, где Гриша и Митя Сибиряк искали еду, оружие и связь со своими. Партизаны были не близко, но и не так уж недостижимы. Места, где они действовали, находились в стороне от недавнего нашествия фашистов. Но почти в каждом доме деревни, которую Гриша с Митей наблюдали со своего холма, осталась саднящая пустота после убитого, казненного или угнанного фашистами.
Накануне операции Гриши и Сибиряка немцам выпала редкая военная удача. Двое из них, отправившись утром к пекарю за хлебом, увидели около лавочки странную, невероятно оборванную личность, собирающую и поедающую втоптанные в снег капустные листья. Личность показалась им подозрительной, и они ее арестовали. Задержанный был не партизан, а хорошо известный всем местным жителям полоумный бродяга по прозвищу Святой Франтишек. Этот несчастный помешанный, религиозный фанатик, грязный и косноязычный, постоянно убегал из богадельни в районном городишке, и куда он направит стопы свои, было непредсказуемо.
Этого, конечно, не знал ефрейтор Вебер и страшно обрадовался такому улову. Похвалив обоих ретивых служак за бдительность, он тут же приказал двум другим, самым молодым и энергичным, доставить пленного в районный центр Жалов, где находилось гестапо. Учитывая важность задания, возглавить конвой решил сам.
Предварительный допрос задержанного вселил в ефрейтора немецкого гарнизона счастливую уверенность в том, что он совершил чуть ли не подвиг. Святой Франтишек ко всем вопросам оставался безучастен, но пытался убедить допрашивающего в своей священной миссии на земле. Его нечленораздельные речи Вебер истолковал по-своему: пленный не владеет никаким христианским языком, не говоря уж о немецком. Значит, он иностранец, а следовательно, опасный бандит.
Небольшая группа со злополучным Святым Франтишеком отправилась в город поездом — через деревню проходила местная железнодорожная ветка. У немцев, правда, имелся небольшой грузовичок, но не было бензина.
Ефрейтор Вебер, отнюдь не мыслитель, ветеран первой и второй мировых войн, поначалу уверовал в величие третьего рейха, однако опыт, приобретенный на Восточном фронте, быстро излечил его. Не удалось только вылечить обмороженные ноги. Великогерманский энтузиазм Ганса Иоахима Вебера посему сосредоточился на трех основных желаниях: пережить войну, не иметь неприятностей по службе и добывать шнапс. Теперь он надеялся упрочить свое служебное положение, а что до шнапса — тут его активно ублажал жандармский вахмистр в деревне Цирил Махач, весьма близкий ему по взглядам и по характеру человек.
Перед письменным столом начальника гестапо ефрейтор Вебер, щелкнув по уставу каблуками, отрапортовал о конвоируемом бандите.
Начальник жаловского гестапо Герман Биттнер, человек необычайно сложный, как и ефрейтор Вебер, в свое время уверовал в величие новой Германии, с той только разницей, что верил и по сей день. Нацистский рейх из мелкого почтового чиновника и прихлебателя генлейновцев[41] сделал его начальником одной из самых страшных институций рейха. Он стал владыкой над жизнью и смертью. Следует заметить, что кое-какие неудачи фюрера на фронте в последнее время все же порядком портили ему настроение и вызвали к тому же тяжелую неврастению. Господин Биттнер страдал мучительной бессонницей, головными болями, обостренной чувствительностью к резким звукам. По ночам он закладывал уши ватой, потел, ноги неприятно зудели, мучили сердцебиение и приступы страха. Особенно донимали его головные боли в области мозжечка, жестокие и упорные.
40
Франк, Карл Герман — нацистский политик и генерал, с 1943 года — глава полиции в «Протекторате Богемия и Моравия», известный своими зверствами.
41
Имеются в виду последователи Конрада Генлейна — основателя и лидера судето-немецкой партии в буржуазной Чехословакии.