Преувеличенно тяжело вздохнув, Росс приготовился к тому, что Тесса сейчас опять начнет упираться. Была ли в истории человечества женщина, которая, когда ей предлагают деньги или помощь, сопротивлялась бы с таким же упорством, как Тесса Дювалль?
— Но мы ведь о цене договорились заранее…
— Сто пятьдесят фунтов — это же курам на смех, Тесса. Тебе надо увеличить цены на свои картины в четыре раза, если по-настоящему хочешь привлечь к себе внимание. Дешевые картины покупают дешевые люди, которым просто нужно чем-то заполнить пустое место на стене над камином. Тебе надо пробудить интерес к себе в настоящих коллекционерах. И когда они начнут платить за твои работы реальные деньги, они порекомендуют тебя своим коллегам, чтобы обезопасить свои вложения. За тобой начнут гоняться, цены взлетят, все больше людей станут поддерживать твою популярность… и ты будешь процветать!
— Так просто?
— Так просто. — Росс щелкнул пальцами. — Ты поставляешь предметы роскоши, и, пока их рекламируют, люди стремятся их покупать. И мы сделаем все, — прибавил он, взяв ее под руку и выводя из кабинета, — чтобы тебя очень хорошо рекламировали.
— Куда мы направляемся? — нерешительно спросила Тесса. — Мне надо быть дома и выступать в качестве рефери в бою между Домиником и его женой.
— Надеюсь, что она его задушит, — спокойно сказал Росс. — Пусть сами разбираются. Мы отправляемся обедать, отмечать твой грядущий успех.
…………………………………………..
Ресторан, в который он ее отвез, находился в самом центре Бата и был действительно шикарным. Росс в своем сшитом на заказ сером костюме и шелковом галстуке от Диора выглядел прилично, но вот Тесса… В ресторане «Зизи» мало на ком можно было увидеть выцветшую кофту, хлопчатобумажные штаны и белые кроссовки.
— Только не начинай, — скомандовал Росс, когда Тесса открыла рот, чтобы возразить, — а то я заставлю тебя оплачивать счет. Просто расслабься и отдыхай. Помни, что у нас праздник.
«Прямо как в сказке о Золушке», — думала Тесса, послушно садясь и с восхищением разглядывая изумрудные и золотые тона интерьера. Лампы из переливающегося стекла освещали каждый столик, ноги утопали в густом ковре, а матовые зеленые стены были украшены узорами из золотых листьев.
— Была тут когда-нибудь? — спросил Росс, не рассчитывая получить положительный ответ.
Тесса, к его удивлению, кивнула.
— М-м-м, десятки раз. Мне нравится, как они тут все оформили. На мой взгляд, их прошлогодние розовые тона и серебристый декор очень сильно напоминали о романах Барбары Картланд[17].
Поскольку Росс привел сюда Тессу, намереваясь ее поразить, то сейчас он просто разозлился.
— С кем это ты встречалась в прошлом году? Кто это мог себе позволить приводить тебя в такой ресторан десятки раз?
Тесса пожала плечами, взяла меню с позолоченной каемкой и погрузилась в блаженные размышления о том, какую закуску выбрать: королевские креветки или грибы маринованные в красном вине.
— Думаю, лучше грибы, — решила она наконец, подняла глаза и заметила, что Росс все еще смотрит на нее, ожидая ответа. Желая поддразнить его, она добавила: — Я всегда их любила.
— С кем? — повторил Росс, едва скрывая раздражение. — С кем ты встречалась в прошлом году?
— Послушай, — сказала в конце концов Тесса, — хотя это и не твое дело, но я раньше приходила сюда три раза в неделю. Я на кухне мыла посуду. Работа тяжелая и не слишком престижная. — Она улыбнулась и отпила из стакана минеральной воды со льдом. — Деньги платили небольшие, зато остатки еды — просто сказочные.
«Россу надо было бы торговать на рынке», — думала Тесса через два часа. Весь обед он с энтузиазмом приветствовал своих друзей и деловых знакомых, представлял их Тессе и каждому из них говорил, что она — недавно объявившийся талант, восходящая звезда и в нее выгодно вкладывать деньги. Большим спросом пользуются создаваемые ею портреты, и сейчас она завалена заказами, но если заинтересованные лица свяжутся с Россом, он лично постарается сделать так, чтобы ими занялись в первую очередь.
Тесса, которая чувствовала себя куклой чревовещателя, улыбалась, кивала и соглашалась со всей наглой ложью Росса Монагана. Удивительно, но люди, кажется, в эту ложь верили.
— Ты будешь брать комиссионные? — спросила Тесса, когда они с Россом наконец снова остались наедине.
Он посмотрел на нее с улыбкой.
— Я был бы счастлив получать плату натурой.
Тесса покачала головой.
— Росс, прошу тебя, не надо. — У нее почему-то к горлу подступил ком. Понимает ли он, как ей трудно сдерживать эмоции, когда он так добр к ней? Да и что с ней вообще такое? Она ведь никогда при людях не плакала.
17