Парнишка чуть ли в комочек не сжался на стуле.
– Что неужели я тебя не устраиваю? Я не достойна твоей любви?
Змейки просто задыхались от смеха, но для испуганного принца их сипение наверно звучало как скрип открывающихся ворот в ад.
– Я не смею, – прошептал он.
– Он не смеет, – усмехнулась я и, решив заканчивать с мучением юнца, не удержалась от риторического вопроса, – а кто смеет?
– Эса, – послышался неожиданный ответ.
У меня аж змейки притихли в растерянности:
– Кто-о?
– Эса… – повторил принц и добавил чуть смелее, – он же поклялся вам, что никто не станет его женой кроме вас.
– А он самоуверен.
– Нет-нет, я… то есть он… в смысле не хочет никого… ну то есть только вас хочет…
– «Ларису Ивановну хочу», – невольно процитировала я киношного грузина10 .
– А?
– Своеобразная, говорю, хотелка у твоего Эсы.
– Нормальная у него.
– Проверял что ли?
– Скажете тоже! Девки рассказывали. Я мальцом часто слышал, как его обсуждали. Меня не замечали и такие подробности смаковали…
– Та-ак, – протянула я, почувствовав неожиданную злость к этому неведомому Эсе, – значит, меня он хочет, а пока суд да дело сбрасывает пар с любой, кто под руку попадется.
– Да как вы можете так говорить! – в своем возмущении принц, забыв о страхе, вскочил на ноги, – Эса с тех пор как вам предложение сделал, ни на одну женщину не взглянул! Отец плакал, в ногах у него валялся, внуков просил. А Эса только вами бредил. Ему красоток в постель подложить пытались, а он всех выгнал! А кое-кого под суд отдал…
Притихшие змейки шепнули об искренности гнева собеседника, однако их подсказка осталась где-то далеко на периферии сознания. В голове стучало «вам предложение сделал», и в груди эхом отзывалось приятное тепло. А может все происходило, наоборот: в груди стучало радостное тепло, а в мозгах восторженная истома… Пока не проскользнула противная мыслишка: «Да он просто гнева богини боится!». Кайф слетел мгновенно.
– … когда десять лет тому назад он пытался вас призвать, – ворвалась в сознание речь добровольного адвоката Эсы, – то он…
– Стоп! – включилась я, перебивая оратора, – Еще раз повтори, сколько лет назад?
– Ну, лет десять будет.
«То есть лет за пять до моего ночного поцелуя с принцем из сна, – констатировала я мысленно, – получается, это не он». И добавила уже вслух:
– Продолжай, пожалуйста.
Но видимо внезапная остановка погасила запал в новоявленном принце. Он как-то замялся, а потом выдал явно сокращенную версию, глядя почему-то мне под ноги:
– Эса болел сильно после призыва. Резко похудел. Выглядел как обтянутый кожей скелет. Врачи думали, что не выживет, а он бредил и вас звал…
– Я тронута.
Вскинув голову, он взглянул мне в лицо, подозревая насмешку. Но ее там не было, впрочем, как и сочувствия. Слишком уж далек от меня неведомый Эса, чтоб влиять на чувствительность. Другое дело сам парнишка, хотя вроде как не близкий родственник, но как минимум знакомый. Причем симпатичный.
– Да ты садись, – продолжила я ровным голосом, – в ногах, как говорится, правды нет, тем более что речь у нас не об Эсе, а о тебе пойдет.
Принц не сел, а словно сложился в маленькую испуганную фигурку, и замер на краешке стула. Я, хмыкнув, продолжила нравоучительным тоном.
– По твоим словам, основная проблема в том, что кое-кому надо бы начать взрослеть. Так?
Со стула испугано кивнули.
– Учиться пойти не пробовал?
– Мне трудно выбрать, – послышался тихий ответ.
– А кому легко? Пытаться надо себя найти, – я почувствовала, как зашевелились на голове змейки, и вдруг пришел ответ – Та-ак, похоже ты предрасположен к техническим наукам.
Собеседник внезапно распрямился:
– Я могу сказать Эсе, что это ваша рекомендация?
– Эк шустрый какой! А сам чего?
– Ну… – слегка стушевался принц, – он меня переубедит. Как щенка в лужу мордой ткнет.
– Так не веди себя как щенок.
– Легко сказать! Он же старший в семье! Да и король к тому же.
Противопоставлять себя королю, даже имея статус богини, почему-то не хотелось. Наверно стоит зайти с другой стороны:
– А чем, по мнению Эсы, тебе стоит заняться?
– Работой с людьми.
– А чуть конкретнее?
– Конкретнее? Сейчас процитирую: «Король – это, прежде всего, символ. Ты должен научиться понимать простых людей, их чаяния. Быть флагом, с которым народ не боялся бы принимать будущее…»
– О! То, что надо! – перебила я пафосное выступление. Принц, замолчав, вопросительно уставился на меня.
– Рассуждай логически, – я постаралась звучать всезнающе, – чтоб идти в это самое будущее, нужно понимать, на чем это самое будущее будет возникать. А будущее за новыми технологиями.