Его, как и положено, поддержали — не всякому адельфу доводилось послушать выступление такого двуликого совершенства, как Жорж Соррос Негоген Ата.
Сам же Спонсорос, не обращая никакого внимания на теплую встречу, уже поднимался по лестнице справа, в то время как Нетуп, несколько поспешно взмахнув на прощание рукой, двинулся в левый конец сцены.
— А мы вас не отпускали, товарищ, — громко топая по деревянному настилу, сказал Жорж Негоген Ата, произнося слово камрад на славянский манер с буквой «е» посредине. — Успехи Большого Делания по трансмутации СССР в ООООР не признать нельзя, но это заслуга двух ЕБНов и Ручайса с Чурайсами, а ваша задача, уважаемый Нетуп, не активы переводить на недосягаемый лохосу уровень, а… — и слово but из уст Спонсороса звучало то ли именем забытого египетского бога, то ли вполне осязаемой угрозой.
— А, вы про это? — невозмутимо, но в то же время с почтением обронил Нетуп. — С этим все в порядке.
— С чем все в порядке? — Жрож повысил голос, и в ярком свете ламп было заметно, как на его лице появляется испарина.
— Со всеми аспектами трансмутации, — с невинным видом отвечал Нетуп.
— А с декрементом популяции? — перешел на открытый уровень основатель «Открытого общества».
— Декремент, как и экскремент, оптимизируется за счет балластных слоев населения.
— Но, как доложили наши наблюдатели, динамика становится хуже.
— Это по каким документам? — спросил Нетуп, так и не повернувшись до конца к Спонсоросу.
— По статистическим, — Соррос наклонил голову, чтобы поверх очков разглядеть обнаглевшего северо-восточного локапалу.
— По статистическим у нас и депутаты с министрами побираться должны. — Нетуп сильно, на манер нордических героев, вывернул шею, так что скулы его приобрели угрожающе хищный вид, и, вздернув вверх подбородок, закончил фразу: — А вы, ваше высоство, возле Думы вечерком постойте инкогнито, а потом к «Распутину» наведайтесь[144]… Так и с декрементом. Куда ему деться, декременту, в канализацию его не сольешь, как экскременты какие, а вот статистика, сами знаете, не труба, она все выдержит.
— Да-да, ваше милейшество. — Соррос наконец-то улыбнулся, нет, не тому, что услышал от Нетупа, а найденной им русской пословице, которой он и хотел по случаю блеснуть. — Как говорят про наш северо-восточный локус, — и Тот Негоген Ата перешел на русский, — сколько от сумы ни зарекайся… — Соррос на мгновение задумался, — умом Россию не понять.
Вся русскоязычная публика в зале, а следом за ней и прочие языки, несмотря на высокое положение арканарха в пирамиде начал, буквально захлебнулась от неуставного смеха.
Не поняв его причины, великий Жорж довольно заулыбался и сам.
— Правильно про вас говорят, товарищи, что «медленно запрягаете, зато воруете быстро», — соорудил он очередную химеру из сваленных в кучу пословиц и теперь уже со спокойной совестью, что бы ни понималось под этим рудиментом в его конкретном случае, разрешительно махнул Нетупу рукой, отпуская докладчика с помоста.
Тот уже успел сделать три решительных шага и красиво развернуться к лестнице, как его настиг еще один вопрос «отца негоций»:
— Подождите, — Соррос вновь вернул себе повелительный тон. — Мы не услышали от вас главного, товарищ, что происходит с нефтью на вверенных вам территориях?
— Она течет, — полуобернувшись к арканарху, сказал Нетуп и решительно сбежал по лестнице в зал.
Проводив продолжателя реформ недоуменным и даже растерянным взглядом, Тот, как прирожденный оратор, сумел быстро восстановить свои суггестивные возможности: впившись грудью в трибунный пюпитр, он профессионально прокашлялся и холодно просканировал ледяными глазами быстро затихающее собрание приверженцев «медленно запрягать».
— Братья, адельфы, товарищи! — Жрож Сорос Негоген Ата начал свою эпохальную речь с традиционного приветствия Храама. — Как вы знаете, вокруг молочного братства Дающей ходит множество нелепых легенд, большинство из которых мы либо создаем сами, либо поддерживаем талантливые вымыслы со стороны. В этом тумане фантастических возможностей и неслыханных злодеяний профанический мир, лежащий по ту сторону «⨀», теряет последнюю возможность оценить масштаб, цель и средства Братства. Ребяческие ритуалы, бутафорская помпезность наших церемоний дают возможность недалекому профану рассматривать себя психологом-педиатром, разбирающим фантазии впечатлительных детей, принимающих деревья за лес, а шевелящиеся тени — за воинство Люцифера. Одна из самых загадочных и нелепых легенд Братства связана с Краеугольным камнем, почитание которого вызывает у здравомыслящего представителя лохоса справедливое, хе-хе… усомнение в трезвомыслии самих злокозненных братьев. Разумеется, отдельные профаны могут догадаться, что в основе нелепых обрядов и фантастических мифов СоСущего лежат события, обросшие в многочисленных пересказах ложными подробностями и преувеличениями, но, повторяю, все, что для профана является чудом, любой адельф воспринимает как должное, ибо в основе мифа, ритуала и жеста содержится семя изначального события.
144
Эта точная цитата из источника, известного как