Однако валютные комиссионные, получаемые с деятельности "АМТОРГА", не являлись главным источником доходов Маклакова. Это все было бы настолько просто, что и не стоило бы об этом упоминать. Сохранились свидетельства, что знаменитый провокатор был самым непосредственным образом причастен к репрессиям, обрушивавшимся на неугодных Сталину лиц в самом Советском Союзе. Сын расстрелянного чекистами в 1936 году помощника начальника 3-го отдела ГПУ М.Б.Бенгалова спустя десятилетия рассказал о таком факте:
"…В 1935 году отец в качестве полномочного представителя ОГПУ находился в Нью-Йорке, и я был с ним. Мне известно, что отец по заданию наркома внутренних дел СССР Ягоды проводил разбор конфликта между начальником Особого конструкторско-производственного бюро (Осконбюро) Гроховским и первым заместителем начальника ГУАП (Главного Управления авиационной промышленности) А.Н.Туполевым, который возник на почве соперничества двух этих конструкторов в области внедрения в массовое производство новых образцов авиатехники. За год до этого Гроховским по линии "АМТОРГА" из США были получены интересные разработки американской фирмы "Локхид" относительно самолетов перспективной двухбалочной схемы фюзеляжа, закупке которых всячески препятствовал не имевший на этом никакой выгоды Туполев. За это время Гроховским по этой схеме был построен "летающий крейсер" Г-37 типа "универсальное летающее крыло", тогда как Туполев пытался протолкнуть свой проект "летающего крейсера" обычной схемы — ДИ-8, уступавший Г-37 Гроховского почти по всем характеристикам. Но Туполев был первым замом Главного управления авиационной промышленности Кагановича (а фактически полным хозяином этой могущественной организации), тогда как Гроховский — всего лишь руководителем одной из отраслей управления. Сталин не вмешивался в этот конфликт, предпочитая дождаться окончания расследования и поступить согласно обстановке. Отец попытался разобраться в этом неприглядном деле, для чего выехал в Нью-Йорк с проверкой деятельности инженерного отдела "АМТОРГА", и впоследствии сообщил о полученных результатах в Москву. У отца была особая тетрадка, где такого рода донесения писались под копирку — дубликаты он всегда оставлял для себя. В одном из них отец сообщал своему начальству о том, что какие-то дела, которые вел Туполев во время своих поездок в США, вызвали у него сомнения политического характера; в связи с этим отец сделал вывод о том, что Туполев не соответствует занимаемому им посту и не может руководить таким значительным министерством, как ГУАП, потому что в угоду каким-то своим личным интересам тормозит работу по внедрению более качественных, чем отечественные, образцов американской техники в производство в СССР. Это письмо было отослано Сталину, кажется, осенью или зимой 1935 года. Копия хранилась у отца до момента его ареста вместе с копиями других документов, содержащихся в этой тетради. Накануне ареста отца я был у него дома, и отец мне сказал, что эту тетрадку он спрятал в надежном месте, но где именно находилось это место — он этого мне не сказал…
…В день ареста отца, 19 апреля 1936 года, я был у него дома, и он показал мне текст повторного письма Сталину, а затем спрятал его в стол. Позднее жена (вторая) отца — А.Л.Гусева — мне говорила, что в момент ареста агенты НКВД бросились сразу обшаривать столы, спрашивая, где письмо к Сталину. Найдя его, они приступили затем к систематическому обыску. Отцовской тетради они так и не нашли, впрочем, никто, кажется, о ней и не знал кроме меня. Я, правда, тоже ее не сумел впоследствии найти, но учитывая текст второго письма Сталину, который я прочитал перед арестом отца, можно было запросто догадаться, о чем шла речь в первом. Отец получил данные о том, что в Америке Туполев имел контакты с неким Джоном Маглахи, американским агентом НКВД, который предоставил ему компрометирующие данные на всех главных конкурентов Туполева — Гроховского, Григоровича, Поликарпова, Калинина, Бартини и многих других перспективных советских конструкторов, чьи идеи, по словам Туполева, обходятся государству слишком дорого, так как покупаются у американцев за народные деньги, и означенные конструкторы выдают эти идеи за свои собственные, перекладывая в карман в итоге огромные суммы. В разбазаривании якобы участвуют также и многие американцы из числа дельцов русского происхождения, эмигрировавшие в Америку после революции (и являющиеся явными врагами Советской власти), которые стараются сбыть представителям "АМТОРГА" негодную технику. Отец получил также сведения о том, что Туполев якобы брал взятки от американских фирм "Грумман", "Консолидэйтед Валти" и "Воут-Сикорский" ("Чанс Воут") за то, чтобы впредь выгодные контракты с "АМТОРГОМ" доставались только им. Вероятно, отец раздобыл еще много чего, компрометирующего Туполева, однако он просчитался, полагая, что все в этом деле так просто, как кажется. Теперь-то мне ясно, что он ошибся, выступив против Туполева, который проводил в жизнь не только свои планы, но и, видимо, планы самого Сталина — невзирая на недвусмысленное предупреждение, Сталин сначала наказал не Туполева, а вышеозначенных лиц, павших жертвами происков интригана: все они в итоге стали невинными жертвами чекистского террора, хотя и так ясно, тем более сейчас, по прошествии времени, что главными хапугами и вредителями в советской авиации тогда являлись исключительно сталинские прихвостни Туполев и Яковлев…
Еще я помню из текста письма, показанного мне отцом перед арестом, что он предостерегал от бесконтрольной посылки в США ответственных лиц из других отраслей оборонной промышленности, так как очень многие из них, по примеру Туполева, берут взятки от американских партнеров, а то и вовсе перевербовываются американскими секретными службами. В конце письма шел длинный список лиц, которые подлежали проверке по этому поводу в первую очередь, и среди них были фамилии многих известных специалистов советской оборонной промышленности, более-менее регулярно посещавших США и другие страны Запада начиная с 1933 года. Фамилий я не запомнил, но оглядывая список, подумал, что это все выглядит как-то неправдоподобно для того, чтобы за такой короткий срок выявить такое количество негодяев. Однако оперативность, с какой НКВД расправилось с моим отцом, наводит на нехорошие мысли о том, что вовсе не интересы Туполева стали камнем преткновения во всем этом деле, а интересы именно Сталина — отца посылали в Америку совсем за другим, но будучи честным человеком, он влез не в свое дело, за что и поплатился".[67]
67
В свете этих утверждений интересны два документа, отыскавшиеся в архивах ПУРККА (Политуправление РККА) и непосредственно связанные между собой. Одно из них представляет письмо следующего содержания:
"Копия
15 декабря 1938 г
Дорогой Лёва!
Твою лавку на 34-й улице закрывают, и всё продают за бисценок. Напрасно ты паслал всю партию в распоряженее Когана. Эта партия лучше, нежели прежняя, только ее лучше можно было бы продать через Моссельпром. Амторг только занимается интригами и думает, что его дядя Бера в Москве сумеет скрыть его проделки. Только напрасно ты позволяиш им всем наживаться, рискуя своей шкурой. Привет Лёве Церберу — помог унять хапугу Эдика, хотя без его визитов стало скучно. Подробности получиш с почтой из Вашингтона. Это же письмо шлю на адрес Кагановича, чтоб оно не попало в лапы твоей Маньки. Мы здесь все здоровы и мечтаем как бы скорее с тобой увидеться. Прости мою мазню — ты знаешь, мне трудно писать по-русски. Ну, цилую, тибя, твой брат — Соломон".
Тут следует пояснить, что адресат письма "Лёва" — это Лев Захарович Мехлис, тогдашний начальник Политуправления РККА, имевший в Америке свои интересы, "дядя Бера" — это Берия, прибравший АМТОРГ к своим рукам, "Эдик" — авиаконструктор Андрей Туполев, перешедший дорогу "дяде Бере" не только в Америке, а Лёва Цербер — заместитель Туполева Лев Кербер, который, по слухам, "заложил" своего шефа в НКВД, чем способствовал водворению его в тюрьму на долгие годы. Сохранилась и реакция Мехлиса на это "письмо":
"НАЧАЛЬНИК ПОЛИТИЧЕСКОГО УПРАВЛЕНИЯ РККА.
28 декабря 1938 г
СОВ. СЕКРЕТНО.
ЦК ВКП(б) — товарищу С Т А Л И Н У.
Во время моей командировки в США в декабре месяце сего года в адрес Кремля на мое имя прибыло провокационное, сумасбродное письмо с печатью из Нью-Йорка. Это письмо комендатура Кремля переслала в политуправление РККА, а оттуда оно было передано Особому Отделу НКВД. Сейчас из Особого Отдела это провокационное письмо, видимо состряпанное в московских посольских кругах, возвращено в ПУРККА.
Посылаю Вам это письмо. Полагал бы, что НКВД стоит заняться розыском провокаторов письма.
Л. Мехлис."
К этому интересному документу также следовало бы сделать несколько примечаний, чтобы было более понятно, о чем идет речь. "Посольскими кругами", на которые ссылается Мехлис, в то время называли посольство США в СССР, которое крутило свои интриги против Политуправления РККА, пытавшегося взять под контроль поставку из Америки всяческих вооружений. Дело доходило до таких смехотворных форм борьбы, как составление всяких подметных писем явно сумасбродного содержания, однако подоплека этого "письма из Нью-Йорка" ясна — хоть в какой-то форме привлечь внимание органов НКВД и самого Сталина к махинациям Мехлиса "на западном направлении". Но у Сталина, как известно, на интриги в коридорах власти было особое мнение, потому что автором большинства этих самых интриг был он сам и, будучи наиболее информированным советским руководителем, всегда действовал в угоду своим собственным интересам, сущность многих из которых современным исследователям непонятна до сих пор.