В числе значимых мер, принятых при Хрущеве для того, чтобы покончить с чудовищной жестокостью сталинистов и изменить климат секретных служб, было введение в их руководство новых людей из партийного аппарата. В своей автобиографии Анастас Микоян, бывший, по сути дела, вторым человеком после Никиты Хрущева, одобряет эти шаги[2-13].
Вместе с тем он же критикует Хрущева за то, что тот назначил руководителем КГБ генерала Серова, который был главой НКВД на Украине с 2 сентября 1939 г. по 25 июля 1941 г., то есть именно тогда, когда Хрущев был там первым секретарем Центрального комитета. Новый правитель Кремля доверял Серову, как никому другому - по меньшей мере если верить Микояну, который писал, что Хрущевым успешно манипулировали ловкие льстецы. Когда, наконец, под давлением неопровержимых аргументов Хрущеву пришлось удалить Серова, последнему предоставили другой почетный пост.
МГБ было перестроено в КГБ - орган, обладающий юрисдикцией по всей территории СССР в 1954 г.; ему был передан ряд функций, ранее принадлежавших МВД, в том числе охрана границ. Однако в отличие от МВД под его контролем не было громадной тюремной системы; имелся только ряд небольших тюрем, в которых содержались подследственные. Возможно, в его распоряжении был более обширный лагерь или колония, но у меня нет подобных данных.
С другой стороны, КГБ представлял собой зловещую машину, объединяющую под одной крышей разведку, контрразведку, службу безопасности и транспорта и связи и оснащенную первоклассными техническими средствами слежения, настоящую службу сыска («наружного наблюдения», или на-ружку на жаргоне его сотрудников); в его составе был ряд других отделов и подотделов, а также многочисленный штат, не считая стукачей, неоплачиваемых информаторов, которых вербовали в любом кругу, представлявшем интерес для КГБ.
Подобная концентрация власти характерна для глубоко укоренившейся у советских лидеров веры в великие достоинства централизации. В заключение этой характеристики отметим, что КГБ нес ответственность за безопасность руководителей страны и, в большой степени, за то, что они знали (или им позволял знать КГБ) об СССР и остальном мире. Понятно, что Комитет госбезопасности был одним из административных гигантов, но отличным от своего предшественника при Сталине.
Наконец, следует отметить, что назначение глав КГБ зависело от расклада сил наверху. Выдвигались те, кто без сомнения был готов поддержать возможного лидера против его соперников. Таким образом, как предполагает хорошо информированный Рудольф Пихоя, КГБ, без всякого сомнения, сыграл свою роль при отставке Хрущева. По его мнению, легкость, с которой был осуществлен переворот, объясняется натянутыми отношениями Хрущева со службами безопасности.
После ареста Лаврентия Берия в 1953-м его заместитель Сергей Круглов стал главой МВД, и многие поняли это в том смысле, что сталинистские методы возрождаются - особенно вследствие того, что различные военно-промышленные отрасли, ранее изъятые из-под контроля МВД, вновь были переподчинены ему. Фактически эти угрожающие признаки свидетельствовали о частичных и временных зигзагах в руководстве; на деле преследования старых сторонников Берия продолжались. В конце августа 1953 г. глава МВД сообщил, что чистка в региональных управлениях закончилась (некоторые их бывшие руководители были осуждены к смерти или к длительному тюремному заключению). С МВД была связана память о «погромах» 1930-х, и поэтому влияние его непрерывно падало; звезда же КГБ стремительно всходила.
Годом позднее было воссоздано МВД РСФСР, упраздненное в 1930-м, когда было решено, что достаточно одного всесоюзного министерства, находящегося в Москве. Это предвещало дальнейшие перемены. В 1956 г. Круглов был заменен в качестве главы МВД Дудоровым, заведующим отделом строительства Центрального комитета партии.
В 1956-1957 гг. из МВД были уволены многие старые кадры, и это было логической прелюдией его кончины, свершившейся 13 января 1962 г., когда его функции были переданы соответствующим республиканским министерствам. В России даже изменилось его название - оно стало Министерством общественного порядка. Однако оно вскоре вернуло свое старое наименование; в авторитарной стране нелегко изживаются подобные традиции деспотизма и насилия[2-14].
[2-14]
См.: Пихоя Р. Г. Указ. соч.; Коржихина Т. П. Советское государство и его учреждения: ноябрь 1917 - декабрь 1991. - М., 1995; Лубянка: ВЧК - КГБ. 1917-1960. Справочник / Составители Кокурин А. И. и Петров М. В. -М., 1997.