Ограничение прав трудящихся «законами» Тафта — Хартли, Маккарэна и др. в нарушение буржуазных «свобод», когда они кажутся опасными буржуазии, становится тем чаще, чем развитее буржуазная демократия. Это не парадокс, а реальное противоречие капитализма, идущего к гибели. Ленин указывал:
«Марксисты всегда говорили, что чем развитее, чем „чище“ демократия, тем обнажённее, резче, беспощаднее становится классовая борьба, тем „чище“ выступает гнёт капитала и диктатура буржуазии. Дело Дрейфуса в республиканской Франции, кровавые расправы наёмных отрядов, вооружённых капиталистами, со стачечниками в свободной и демократической республике Америки, — эти и тысячи подобных фактов показывают ту правду, которую тщетно пытается скрыть буржуазия, именно, что в самых демократических республиках на деле господствуют террор и диктатура буржуазии, проявляющиеся открыто всякий раз, когда эксплуататорам начинает казаться, что власть капитала колеблется»[430].
Буржуазная демократия
«при всяком глубоком политическом расхождении, опасном для буржуазии»[431],
используется для выращивания фашизма, для подготовки погромов и гражданской войны против пролетариата. Таков «закон» буржуазной демократии. Это показал исторический опыт господства германских социал-демократов, проложивших дорогу к власти Гитлеру. Это показывает сейчас гнусная травля коммунистов в США и маршаллизованных странах, проводимая «демократическими» и даже «социалистическими» по названию партиями буржуазии.
Буржуазная демократия даже в эпоху её расцвета, в эпоху домонополистического капитализма, была ограниченной, фальшивой демократией для эксплуататорского меньшинства. Она покоилась на ограничении прав эксплуатируемого большинства и была направлена против этого большинства.
Ещё более урезанный и лживый характер имеет буржуазная демократия в эпоху империализма, когда буржуазия всех капиталистических стран стала реакционной по всему фронту. Грубо паразитический характер монополистического капитализма и всесилие финансовой олигархии, с одной стороны, могучий рост революционного рабочего движения, рост массовых организаций трудящихся, нарастание революционного кризиса на внутреннем, пролетарском фронте — с другой, вызывают глубокий кризис буржуазного парламентаризма. Империалистическая буржуазия становится на путь прямого отказа от разрекламированных ею ранее демократических свобод, становится на путь фашизма.
Особенно гнусную роль в ликвидации буржуазных свобод играют правые социалисты. Ленин и Сталин блестяще раскрыли связь оппортунизма в мировом рабочем движении с империализмом, с фактом создания рабочей аристократии — верхушки рабочего класса, подкупленной буржуазией за счёт чудовищной эксплуатации трудящихся колониальных и зависимых стран, за счёт усиленной эксплуатации остальной массы рабочего класса данной страны. Буржуазии особенно выгодно, чтобы наступление на демократические свободы осуществляла не она сама, а её скрытые агенты — правые социалисты, возглавляющие массовые рабочие организации и лживо именующие себя не только демократами, но и социалистами.
Всемирная история после первой мировой войны и Октябрьской социалистической революции свидетельствует о том, что путь реакции к фашизму всюду прокладывали правые социалисты. Так обстояло дело в Финляндии после победы Великой Октябрьской социалистической революции в России, так было в Венгрии, Италии, Австрии, Германии и т. д. в 20-х и 30-х годах, во Франции накануне второй мировой войны. Так обстоит дело сейчас в Англии, США, Западной Германии, Франции и других странах, где правые социалисты являются поборниками крайних репрессивных мер против сторонников демократии, мира и социализма. Правые социалисты в наши дни — все эти эттли, моки, грины, шумахеры, сарагаты, трюгве ли и К° — вернейший оплот империалистической реакции во всех её формах, вплоть до фашизма.