Семен Алексеевич был материалистом. Но решить, что товарищ Сталин станет его разыгрывать — было еще труднее, чем поверить в информацию из будущего.
И что там пишут — "маневренность выше, скорость крена, эффективность элеронов выдающаяся". Для сравнения — а это что за зверь? Немец, похож даже внешне — Фокке-Вульф-190, вот его летные данные и чертежи — в люфтваффе с осени 41го, новейший истребитель, про который пока еще не слышали на фронте![29] Его развитие, "190Д", который появится лишь в сорок четвертом, и будет бит Ла-седьмыми, его, Лавочкина, машинами!
Еще одна фотография. Ла-5 был все ж угловатым, этот же стал законченно стройным, зализанным, совки по бокам исчезли, фюзеляж ровнее. Летные данные — скорость 680, фантастика, вооружение, три 20мм пушки! Ла-7 — как тут написано, "лучший советский и один из лучших в мире истребителей Второй мировой войны. И не только фотография — вот схема в разрезе, техническое описание, это конечно не чертежи, но пройденный этап "эскизного проекта", позволяющий развивать и реализовывать идею целенаправленно, не вслепую! Сколько времени это сэкономит?[30]
— Вы все прочли, товарищ Лавочкин?
— Так точно, товарищ Сталин! Но это…
— Это ЕСТЬ, товарищ Лавочкин. Вот так. Наши потомки, из будущего, оказывают нам помощь — ценными сведениями, и не только… впрочем, вам хватит и этого. Вы понимаете, что это является государственной тайной СССР — и что последует за разглашение?
— Так точно, товарищ Сталин!
— Однако же, ваша конструкторская мысль — это лишь ваше, и только ваше творение. Ну а что иные из ваших гениальных конструкторских решений, вы примете на основе того, что узнали, это останется между нами. Дальше, вам следует разобраться во всем, что передали нам потомки — касаемо авиации и самолетостроения. На предмет — что ценное, мы реально можем внедрить. Учитывая реальное состояние нашей научной и производственной базы. Впрочем, рекомендации по развитию этой базы также будут входить в круг ваших обязанностей — например, по закупке оборудования, или интенсификации исследований в каком-то направлении. Естественно, вам следует помнить, что пока "все для фронта — все для победы" — не допуская заметного снижения количества и качества выпускаемых самолетов. Для этого, вам будет доверен пост замнаркома — так же как у Яковлева. Теперь вы понимаете, что вам предстоит, и за что вы взялись, товарищ Лавочкин?
— Я оправдаю ваше доверие, товарищ Сталин!
В истории здесь не было истребителя Ла-5ФН. Потому что к лету сорок третьего, когда пермский завод сумел обеспечить выпуск моторов АШ-82ФН в большом количестве и должного качества, на истребителе Ла уже были металлические лонжероны крыла, а так же улучшенная аэродинамика — фюзеляж без гаргрота, капот иной формы, иное расположение воздухозаборников и маслорадиатора — то, что большей частью было принято там уже на Ла-7. Потому самолет стал носить "седьмой" номер с июня сорок третьего, а к октябрю он уже стал окончательно соответствовать тому Ла-7, лишь вооружение из трех новых пушек Б-20 не удалось пока довести, пока стояли две ШВАК, как на Ла-5, тяжелые, но надежные. И настали для люфтваффе воистину черные времена — а в КБ Лавочкина плотно занялись новой задачей.
Еще одна фотография из того архива — самолеты, похожие на Ла-7, но не они, нос с "бородой" маслорадиатора, и "обрубленное" крыло совсем другой формы — на льду, район Северного полюса, 1948 год. А также на заполярных аэродромах — Мурманск, Амдерма, Тикси, Чукотка, остров Врангеля — что однозначно указывало, с кем СССР в эти годы готов был воевать. Если семь лет назад через полюс перелетел Чкалов, то вполне может и армада "летающих крепостей" — чтобы сделать с нашими городами то же что с Дрезденом! Вот только "мустангов" сопровождения у них не будет, не хватит истребителям топлива на такой перелет. А значит у "Лавочкиных" есть неплохие шансы даже в начале эпохи реактивных[31].
И именно потому сейчас взлетел "сто тридцатый", который станет Ла-9. И в работе "сто тридцать четвертый", будущий Ла-11 — не последовательно с "девяткой", а чуть отставая, чтобы учесть полученные на первом прототипе замечания. И хороший шанс что уже через год Ла-9 и Ла-11 пойдут в серию, станут поступать в строевые части. И еще через два-три года уступят место реактивным — сослужив при этом еще одну службу: подготовка заводов к изготовлению цельнометаллических истребителей — иное оборудование, оснастка, квалификация персонала.
29
На Восточном фронте ФВ-190 появился лишь в конце 1942 года. А массово, в нашей истории — лишь к Курской битве.
31
Именно потому Ла-9 и Ла-11, менее требовательные к аэродромам, стояли на защите северных рубежей еще в начале 50х, когда в Корее воевали Миги и Сейбры, а в Европе поршневые истребители уже стали анахронизмом.