Ганник скорее всего родом инсубр. Инсубры — самое многочисленное сильное племя Транспаданской Галлии, яростные враги римлян, много раз воевавшие с ними, союзники Ганнибала. Столицей инсубров был город Медиолан («Земля медов»!), древний могущественный город, важный стратегический центр. В III веке до н. э. римляне покорили его.
О Криксе речь будет вестись дальше особо. Все эти помощники Спартака свободно говорили по-кельтски и по-германски. По указанной причине, а также имея в виду, что они во время войны командовали галлами и германцами, древние авторы без всякого колебания объявляют их галлами или германцами по племенной принадлежности.
Благодаря образованности, уму, замечательному мужеству, презрению к смерти, умению увлекать за собой товарищей с помощью личного примера и пылкого красноречия, Эномай, Крикс и Ганник пользовались в гладиаторской среде и вне ее огромным авторитетом. Благодаря прежним побегам, скитаниям по Италии и провинциям они имели запас ценнейших сведений, которые теперь очень пригодились их верховному вождю. Историк Саллюстий, современник восстания, оценивал ближайших помощников Спартака очень высоко: «Это были, — пишет он, — люди свободного духа и прославленные».
С такими единомышленниками и товарищами Спартак вступил в заговор, намереваясь, по словам древнего историка Синезия, «ниспровергнуть существующие порядки».
Выступая главным агитатором, он своей волей и авторитетом, своим неоспоримым доводом, что «лучше пойти на крайний риск ради свободы, чем рисковать своею жизнью на арене для потехи зрителей» (Аппиан), убеждает присоединиться к заговору немалое количество людей.
Как прославленный гладиатор, Спартак имел доступ во многие знатные дома, где имелось множество рабов, часть которых знала немалое количество секретов римской политической жизни, секреты своих господ[33].
В результате большой и напряженной деятельности Спартака возникает — с центром в Капуе — заговор. Ячейки его распространяются по различным областям южной Италии (Апулия, Лукания, Брутий и т. д.), проникают в провинции, в Рим, в дома знати.
Заговор рос, втягивая в свои ряды все новых людей[34].
Несмотря на многолюдные сходки, конспирация у заговорщиков была поставлена хорошо. И когда где-то на окраине организации нашелся доносчик, он почти ничего не знал; ни имен руководителей заговора (и потому они избежали ареста), ни даже количества заговорщиков (и потому древние авторы путаются в этом вопросе и противоречат друг другу).
Тем не менее доносчик не смутился. Желая получить награду, он прибыл в Рим и сделал заявление о подготовке восстания городскому притору Г. Верресу. Встревоженный претор созвал сенат и доложил о раскрытом его трудами гладиаторском заговоре. Сенат вынес постановление: претору снестись с властями Капуи, обязать последние расследовать дело и наказать виновных. Претор тотчас отправил в Капую гонца с письмом. Но… линия связи заговорщиков сработала много быстрее.
Спартак первым получил известие о доносе. Он собрал на совет своих руководителей. Было решено не дожидаться дня открытия Мегалетийских игр (4—10 апреля)[35], к которым приурочивалось восстание (устроитель игр Г. Антоний Гибрида собирался на арене принести очистительную жертву за народ римский и уже договорился о продаже ему отряда гладиаторов), и начать выступление немедля[36].
33
Вольноотпущенник Публий Сир, современник Спартака и Цезаря, автор ряда фарсов, воспроизводя мнения своей среды, говорил: «Согрешить для господина — это добродетель», «Умно ведущий себя в рабстве имеет долю в господстве», «Если ты повинуешься неохотно, ты — раб, если добровольно — помощник».
34
Заговоры известны и в прошлые десятилетия. Так, в 186 году до н. э., когда был раскрыт «заговор пастухов» в окрестностях Та-рента (Апулия), согласно расследованию римского претора в деле участвовало, по крайней мере, до 7 тысяч человек! В Аттике в ответ на известие об успехах сицилийских рабов (восстание 137–132 гг. до н. э.) составила заговор тысяча человек, а в самой Италии, в Синуессе — 4 тысячи рабов.
35
Мегалетийские игры заимствованы из фригийских религиозных обрядов, из Пессинунта, считавшегося обителью Матери богов. Слава этого святилища не знала себе равных. Мегалетийские игры были введены в Риме во время несчастий Ганнибаловой войны по совету прорицательницы Сивиллы.
36
В глазах римлян такая очистительная жертва имела большой смысл. Пираты в это время вновь распространились по всему Средиземному морю и причиняли много бедствий Италии. Люди, консервативно настроенные, считали это наказанием богов за величайшую развращенность сограждан.