Когда Рейчел добралась до монастыря, тамошний петух как раз прокукарекал. На лужайке стояла тележка, на которой развозят молоко. Рейчел обошла тележку, низко опустив голову, и направилась к центральному входу. Дверь была крепко заперта, как отчаянно ни дергала Рейчел за ручку.
Должен быть другой вход. Девушка осмотрелась вокруг, собираясь с мыслями, и увидела домик монастырского священника.
Рейчел так разволновалась, что позабыла о том, что должна изображать почтенную даму, и чуть ли не бегом припустила к маленькой двери черного хода. «Стоп!» Рейчел мысленно обругала себя, восстановила дыхание, разгладила складки на юбке и лишь тогда осторожно постучала в дверь.
Никто ей не ответил. Вокруг не было ни души. Рейчел постучала еще дважды, но после этого впала в отчаяние. Целых пять минут ей пришлось колотить в дверь почти без передышки, и в конце концов та отворилась. На пороге возник высокий полный мужчина, который представился приором[49] монастыря.
– Помогите мне, отче, пожалуйста. Я ищу Дитриха… то есть пастора Бон… Бонхёффера. – Слова с трудом слетали с уст Рейчел. Она остро чувствовала, как впустую уходит драгоценное время. – Он сейчас здесь?
Монах чуть отступил, впуская ее внутрь без дальнейших расспросов, и закрыл за ней дверь.
– Вы родственница брата Дитриха, meine Frau? Входите, добро пожаловать.
Рейчел не ожидала, что ей понадобится легенда.
– Я дружу с его семьей. Будьте добры, мне необходимо поговорить с ним. Это срочно.
– Он сейчас руководит братьями – они поют псалмы. Скоро брат Дитрих освободится, и я сразу скажу ему, что вы ждете. – Он помедлил у двери. – Вы добрались к нам издалека?
– Не слишком. Просто запыхалась. – Рейчел постаралась «состарить» голос. – Солнце припекает сильнее, чем я ожидала.
– Вы не местная.
– Да, я приехала в гости к знакомым. Но мне очень нужно повидаться с Дитрихом. – Рейчел знала, что пожилая женщина, друг семьи, может называть священника по имени.
– Хотите холодной воды? Вам станет легче.
Рейчел уже собиралась отрицательно покачать головой, лишь бы поскорее избавиться от общества приора, но тут вспомнила, что ей еще придется возвращаться в Обераммергау.
– Это было бы замечательно, danke schön.
Монах кивнул, наморщил лоб и вышел из комнаты, однако тут же возвратился. Рейчел одним духом опустошила стакан и поблагодарила монаха за то, что он оставил ей целый кувшин воды.
Пришлось ждать еще полчаса, пока дверь снова отворилась и вошел человек, гораздо более молодой, чем она себе представляла по рассказам Джейсона. Незнакомец был крепкого телосложения, мускулистый, со светлыми волосами, в очках с простенькой оправой. Он наклонился, взял Рейчел за руку.
– Вы пришли ко мне, meine Frau? Брат Петер сказал, что вы знакомы с моими родными.
– Вы пастор Бонхёффер?
Он кивнул.
– А здесь… – Теперь, когда долгожданная минута настала, Рейчел от волнения почти лишилась голоса. – Здесь никого больше нет?
Мужчина развел руками, огляделся и улыбнулся.
– Совершенно никого, как я понимаю.
Рейчел собралась с духом и прошептала:
– Курата Бауэра забрали в гестапо.
Улыбка сошла с лица Бонхёффера. Он придвинул стул ближе к Рейчел.
– Когда?
– Вчера вечером. За ним приехали рано вечером.
– Знаете, куда его увезли?
Рейчел отрицательно помотала головой, и по ее щеке скатилась слеза.
– Он знал, что так и случится. По всему чувствовалось, что знал. Курат Бауэр сказал мне, что если его заберут, то я должна буду передать…
– Мне? – Пастор смотрел на нее озадаченно.
Рейчел прикусила губу, сознавая, что ставит под угрозу слишком многих. «Боже милостивый, сделай так, чтобы интуиция меня не подвела! Пусть он окажется другом – этот человек, которого считает своим другом Джейсон!»
– Нет, моему другу… журналисту.
– А вам известно его имя? – Теперь уже в глазах Бонхёффера мелькнул огонек недоверия.
– Джейсон, – прошептала Рейчел. – Джейсон Янг.
Бонхёффер внимательно всмотрелся в ее лицо, даже прищурился, стараясь разглядеть истину.
– Вы – Рейчел.
– Так и есть, – созналась она с облегчением.
Об этом он мог узнать только от самого Джейсона.
Губы пастора тронула легкая усмешка.
– Вы не совсем такая, как он мне рассказывал.
– Прошу прощения, но думаю, я точно такая, как он вам рассказывал.
– Да, в каком-то смысле, наверное, это правда, – рассмеялся Бонхёффер, но тут же снова стал серьезным. – Курат ожидал, что наш друг в очередной раз кое-что привезет?
Рейчел кивнула и почувствовала, что с ее души свалился большой-пребольшой камень.