– Переживешь, обидчивый ты наш!
У них, даже в такой ситуации, еще находились силы на шутки и дружеские подначивания. Военные профи... Что еще сказать?..
Пять минут сумасшедшей скачки, ибо бегом это не назовешь. Они бежали и перепрыгивали нередкие ямы, ничем не отличаясь от тех же зебр – все бежало и подпрыгивало в едином ритме.
Задыхающийся Кондор плюхнулся всем телом в небольшую вымоину:
– Гадуш!
– На проволоке!
– Троллейбус, бля, польский... Отходишь!
– Вже!
Метрах в восьмидесяти впереди приподнялся реденький кустик и резво так стал передвигаться в сторону Андрея.
– Гот!
– Я!
– За Вайпером! Вперед!
Какое там было Филину наблюдать! Усталость и нервы делали свое дело... Пулемет лежал рядом, словно дохлый червяк... «СВДС» плотно прилипла своим телом к промокшему насквозь «комку»... Филин... Этот, единственный из них троих, пытался что-то делать – он смотрел в сторону далекой кромки джунглей. Изображение слегка плыло, но он все же узрел, что бой, вернее, уже перестрелка стала смещаться в сторону «зеленки». Скорпион сумел все же вытянуть «хвост» на себя.
«Хорошо, сержант. Молодцом!»
– Скорпион?
– На связи! – Голос сержанта заглушали звуки выстрелов.
– Тянешь?
– То так.
– Тяни до темноты. Потом отрывайся и иди оговоренным маршрутом.
– Ешчь!
– Удачи...
«Ну? Вперед?»
Он подхватил пулемет и медленно так, вразвалочку, совсем как старик, припустил тяжелой трусцой вслед за уходящим отрядом – командир не имеет ни морального, ни физического права «уехать в Сочи»[102] , если он настоящий командир...
Вайпер, Гот и Кондор стали догонять свой отряд только тогда, когда до плато оставалось не более полукилометра.
Казавшаяся такой несерьезной горой, теперь, вблизи, она нависала над головами пятидесятиметровой громадиной. Практически отвесная, она давила на психику и не внушала своим видом ни оптимизма, ни энтузиазма. Обходить? А куда? В какую сторону? Влево? Да, может быть – в «обозримом будущем», то бишь в трех-четырех километрах был виден конец этой стены, далее огромный, на четверть горизонта просвет и следующее плато. Идти в эту сторону? А что там? Плато наверняка закругляется и идет дальше на север. Идти вдоль этой стенки – значит обречь себя на близкую погоню. Здесь единственным спасением от «хвоста на колесах» было лезть вверх – пересечь саванну до второго плато нереально (кэмэ тридцать будет, никак не меньше), да и не нужно – их путь на северо-восток, а не на запад... Направо? Вернешься к самому началу этого «марша», потому что «их» плато было «отрыжкой» горной цепи Адамуа. Идти в нейтральный Камерун в планы Кондора не входило – кто знает, какие отношения между их властями и нигерийскими «революционерами»?..
Андрей смотрел на надвигавшуюся на них стену, на солнце, которое уже зацепилось своим краем за каменный палец на вершине, и понимал, что... Надо идти... Вверх. Вверх, на плато... И другого выхода нет!..
– Стар! – шепнул он устало в свой микрофон.
– На приеме!
– Люди?
– Идут, но тяжело – не их «прогулка».
– Мы на подходе.
– Наблюдаю.
– Отлично. Рандеву у стены через пять минут. Организовать привал людям, огня не разжигать. Все по полной программе... И всех «гусей» ко мне – будем думать...
Арьергард нагнал свой отряд уже у самой стены.
– Все в норме, кэп. – Стар стоял перед Кондором, слегка покачиваясь, – уводить от погони толпу, совершенно к этому не приспособленную, – тоже труд не из самых легких.
– Хорошо, Паша... – Андрей присел на большой камень. – Охранение?
– Джамп – справа, Гранд – слева.
– Мы – с тыла... Хорошо...
– «Пиджаки» – в мочалку, – сообщил положение вещей Стар. – Есть кадры в возрасте – как бы их Кондратий не хватил с таким темпом. Как думаешь, командир?
– Не хватит! А хватит, так после всего – они же жить хотят, а особенно сейчас... Отставить лирику! Как Водяной?
– Пришел в себя. Даже пытается что-то делать! Но слабый...
– Понятно... – Усталость усталостью, а «трудиться» предстояло еще ой как тяжело. – Слушаю мысли по нашей диспозиции!
– Надо... – Вайпер подал голос, но Кондор поднял сжатый кулак вверх – сигнал «Внимание!».
– Скорпион – Кондору! Скорпион – Кондору!
В ответ было только шипение и потрескивание радиоэфира – сержант был вне досягаемости «Фалькона», а значит, у Андрея была фора в двадцать километров как минимум.
– Слушаю! – Он посмотрел прямо в глаза Збигнева.
– Подниматься надо, пан капрал. – Провинившийся Вайпер опустил глаза.
– Кто еще? – Андрей был суров, как сфинкс.
В суровом молчании каждый член «военного совета» кивнул головой в согласии – каждый из них был опытным воином, и каждый понимал, что это единственный выход.
– Хорошо... Слушай приказ!
Сидевшие вокруг Кондора бойцы подтянулись, приняв сидячую позу «Смирно!».
– Стар – комендант «обоза».
– Есть!
– Гот обеспечивает тыл до моего приказа!
– Есть!
– Подниматься будешь самым последним, Мартин.
– Понятное дело, месье капрал... Сделаем!..
– Клим.
– Я!
Андрей посмотрел своему старому товарищу прямо в глаза:
– Ты, кажется, если мне не изменяет память, служил в бригаде спецназначения ВДВ?
– Так точно.
– «Горно-альпийской» бригаде, комроты разведки?
– Я понял, братишка... Я сделаю...
– Задира.
– Я!
– Ты понял, что от тебя требуется? А главное, зависит...
– Не парься, кэп, – я все сделаю как надо...
– Посмотрим... Вопросы?
– Я? – подал голос Вайпер.
– Сменишь Джампа на фланге! Джамп идет страхующим у Задиры. Еще вопросы?
Ответом было суровое молчание.
– Хорошо... Слушай порядок движения!.. Задира идет на стенку, Джамп – страхующий... Дальше поднимаем пять «пиджаков», лучше девушек, и Водяного... За ними пойдет Стар. Дальше – поднимаем остальных «пиджаков»... Кондор, Гранд, Вайпер по одному. Гот поднимается последним по моему приказу...
Согласием было молчание – приказы не обсуждаются, да и расстановка сил была разумной.
– Еще вопросы?!
Ответа не последовало.
Кондор кивнул головой:
– Занять позиции согласно расписанию. Клим, останься!
Бойцы ушли к отряду готовиться и готовить, а двое старых друзей остались с глазу на глаз:
– Не доверяешь, кэп?
– Я, братка, сейчас самому себе не доверяю! Такие дела... Мне этих гражданских из этой жопы вытащить надо, и без потерь – всех живых и относительно здоровых...
– В слепую трудишься, значит... Кого выводишь – не знаешь, а значит, надо вывести всех...
– Клима! Кто бы из них кем бы ни был – все остальные тоже люди... Так?
– Так-так! Не дави!.. – Задира потер лицо ладонью. – Да и какая разница?! «Пиджаков» вытаскивать надо по-любому. Я сделаю, братишка, не сомневайся...
– Я не сомневаюсь... Наши репшнуры имеют тридцать метров, Клим. До «площадки» два броска. Тебе надо будет найти площадку где-нибудь посредине, иначе...
– Будь спок, кэп, – в горах абсолютных стен не бывает...
– Тогда поехали... Вперед, братишка!..
Весь «военный совет» отобрал у отряда четыре минуты...
The Death is not the end[103] ...
...Его ловкая фигура довольно споро поднималась по стене, задерживаясь на отдельных точках лишь для того, чтобы слегка провентилировать натруженные легкие, сделав несколько глубоких вздохов, рассмотреть очередную и дать Джампу возможность догнать себя. Задира «шел» на стену настолько профессионально и красиво, что Филин даже засмотрелся:
102
Армейский сленг. СОЧ – самовольное оставление части. «Уехал в Сочи»... Что уж тут непонятного? (