В морге потемнело, будто черное облако надвинулось на здание и закрыло солнце, окунув все в тень, становившуюся все темнее и темнее…
Следующее, что помнила Натали, – это как она растянулась на холодном каменном полу, глядя в потолок. Трое, включая того мужчину, в которого она врезалась, и высокую женщину, заметившую занозу, стояли над ней. Женщина протянула руку.
– Вы упали в обморок. Как вы себя чувствуете?
Натали знала, что она наверняка залилась краской с головы до ног, потому что ей никогда, никогда еще не было так стыдно. Она приняла руку женщины и встала, очень осторожно, потому что хуже обморока мог быть только второй обморок сразу после первого.
– Мне полегчает, как только выйду на свежий воздух. Merci beaucoup[17].
Натали опять посмотрела на стекло.
«Видения и так причинили достаточно вреда. Не надо».
Она сделала шаг и услышала, как что-то хрустнуло на полу.
Ее флакончик с землей из катакомб – разбит. Сухая земля разметалась по всему полу морга вперемешку с осколками стекла. Какая-то грязь для стороннего наблюдателя, но для нее – талисман и неожиданный источник успокоения. Сердце Натали упало.
– Мы это уберем, – прошептал смотритель. Несомненно, он считал, что сказал ей слова поддержки.
С щеками, которые запылали снова, она поспешила прочь. Длинными быстрыми шагами она пересекла мост и зашла в Café Maxime.
– Мадемуазель Боден, – позвал знакомый голос за плечом.
Она повернулась и увидела его лицо.
– Я видел, что случилось в морге. Вы выбежали раньше, чем я успел удостовериться, что вы в порядке. Позволите к вам присоединиться на чашку кофе?
Ее сердце затрепетало. Она никак не ожидала его увидеть. Первым инстинктом было ответить «нет», потому что… Ну, она не могла придумать убедительной причины, кроме своего стеснения.
– Прошу вас, месье Ганьон.
– Зовите меня Кристоф.
Глава 22
Ее внутренности сделали пируэт.
– Зовите меня Натали.
По имени. Значит, больше никаких официальных вопросов?
И кофе. А это что еще значило?
Они прошли в дальнюю часть открытого кафе на почтительном расстоянии, а Натали хотелось идти с ним под руку. Кристоф показал ей жестом, что будет следовать за ней, и в этот момент она снова уловила древесный запах с лемонграссом. Пока официант готовил столик, Натали смотрела на мужчину за соседним. Газета Le Petit Journal лежала открытой на странице с историей о картах Таро. Она попыталась что-нибудь прочитать через его плечо, но он что-то рисовал, кажется, варьете, и ей ничего не было видно.
Официант усадил их и принес меню. Кристоф заказал кофе. Натали попросила кофе и тарелку с сырами, фруктами и хлебом, хотя мечтала о сэндвиче. Если он передумает и захочет есть, она сможет предложить ему ломтик сыра бри или ветчины.
– Я подумал, что нам давно пора поговорить, – сказал он тоном менее официальным, чем раньше. Поза его тоже была расслабленной. Будто переход на «ты» изменил его поведение, успокоил. На нем была светло-голубая рубашка (которая, как заметила Натали, делала его глаза еще красивее), а волосы непривычно растрепаны.
«Может, они растрепались, пока он спешил ко мне?»
Как только она подумала об этом, сразу раскраснелась. «Глупости».
– Прости, я не хотел тебя смутить.
Что, конечно, заставило ее покраснеть еще сильнее.
– Я в порядке, – сказала она, мечтая, чтобы щеки ее наконец вернулись к нормальному цвету. – И спасибо за беспокойство. Я благодарна. Не знаю, что там такое произошло. Наверное, из-за жары. А может, из-за того, что я мало съела на завтрак. О, и головная боль вчера была. Такое раньше случалось всего дважды. Первый раз – в библиотеке, когда я готовилась к экзаменам. Было около трех часов пополудни, а я за весь день съела только булочку с шоколадом, что и сейчас могло быть моим завтраком, если бы я его сегодня съела. Это моя любимая сладость. А второй раз был прошлым летом в парке, тогда было очень жарко, и я резко встала на ноги, после того как несколько часов читала «Отверженных».
«Почему я болтаю без остановки? На меня непохоже. Говорю так же быстро, как месье Патинод. Руки дрожат. Руки, пожалуйста, перестаньте. Пожалуйста.
А теперь и мысли у меня несутся бессвязно».
Левый уголок рта Кристофа приподнялся в полуулыбке.
«Дыши».
Натали выпрямилась со смешком.
– Поговорить, да? Как видишь, я уже начала.
Принесли еду и кофе. Она жестом предложила ему угощаться, а когда он отказался, невольно почувствовала себя разочарованной.
– Итак, – сказал он, барабаня пальцами по кофейной чашке, – ты в морге каждый день или по меньшей мере каждый день из тех, что я там. Почему?