Автору не остается ничего другого, как вновь напомнить читателю, что данная книга не ставит своей задачей подробный анализ произведений Спинозы, включая «Политический трактат», — иначе она превратилась бы в многотомник.
Но любому читателю, интересующемуся вопросами государства и права, настоятельно рекомендуется ознакомиться с этим произведением Спинозы, часть идей которого, скажем честно, безнадежно устарела, но часть вполне сохраняет свою актуальность и в XXI веке.
Автор же этой книги предлагает для начала просто «пробежаться» по некоторым, наиболее любопытным и актуальным страницам «Политического трактата».
Так как большинство людей живут, следуя не велениям своего разума, а подчиняясь страстям-аффектам, и никакие религиозные заповеди, призывы к совести, добродетели и т. д. изменить этого не могут, то Спиноза приходит к выводу, что государство, существование которого будет зависеть от чьей-то совестливости, будет наименее устойчивым.
Чтобы обеспечить стабильность государства, «его дела должны быть упорядочены таким образом, чтобы те, кто направляет их, не могли быть склонены к недобросовестности или дурным поступкам, все равно руководствуются ли они разумом или аффектами. Да для безопасности государства и не важно, какими мотивами руководствуются люди, надлежащим образом управляя делами, лишь бы эти последние управлялись надлежащим образом. Ибо свобода или твердость (fortitude) души есть частная добродетель, добродетель же государства — безопасность (secliritas)»[278].
Во второй главе трактата — «О естественном праве» — Спиноза подводит читателя к мысли, что государство и установление власти закона является естественным следствием развития человеческого общества и имеет лишь косвенное отношение к религии и провозглашаемым ею моральным нормам.
Ведь само понятие «преступление» означает «действие, которое не может быть совершено по праву»[279]. Таким образом, если нет права, то нет и преступления, а значит, «как преступление и повиновение в строгом смысле, так и справедливость, и несправедливость могут быть представлены только в государстве. Ибо в природе нет ничего такого, о чем можно сказать, что оно по праву принадлежит одному, а не другому; но все принадлежит всем тем именно, в чьей власти его себе присвоить. В государстве же, где по общему праву решается, что принадлежит одному и что другому, справедливым называется тот, кто имеет неуклонную волю воздавать каждому должное ему; несправедливым же, наоборот, тот, кто стремится присвоить себе принадлежащее другому»[280].
В третьей главе — «О праве верховной власти» — Спиноза говорит о том, что независимо от конкретного вида правления — монархического, аристократического или демократического — сам смысл государственного управления остается тем же: оно должно противостоять анархии и сдерживать низменные поползновения как отдельного человека, так и толпы. В результате Спиноза приходит к выводу, что замены государству как таковому нет — именно поэтому все восстания, приводившие к смене власти, не отменяли институт государства, а лишь изменяли форму правления. Подчинение государству и исполнение его законов, таким образом, отвечает интересам всех его граждан, так как именно государство в итоге выступает гарантом безопасности каждого гражданина и защиты его прав, а потому «гражданин обязан исполнять приказы государства, хотя бы он и считал их несправедливыми»[281].
И далее следует весьма любопытная и логически безупречная мысль: «чем более человек руководится разумом, т. е. (согласно § II пред, гл.) чем более он свободен, тем неуклоннее будет он блюсти право государства и исполнять распоряжения верховной власти, подданным которой он является. К этому нужно еще присоединить, что гражданское состояние устанавливается по естественному ходу вещей для устранения общего страха и во избежание общих бед и поэтому оно стремится более всего к тому, чего тщетно (согласно § 15 пред, гл.) добивается в естественном состоянии каждый руководящийся разумом. Ввиду этого, если человеку, руководящемуся разумом, приходится иногда по приказу государства делать то, что, как он считает, противоречит разуму, то этот ущерб с избытком возмещается тем добром, которое он черпает в гражданском состоянии»[282], так и на основе договора, предполагающего мирное сосуществование и сотрудничество.
Само государство Спиноза рассматривал как некий единый организм, а взаимоотношения между государствами уподоблял взаимоотношению между людьми, которые могут строиться как на основе естественного права (и тогда «два государства — по природе враги»[283]), так и на основе договора, предполагающего мирное сосуществование и сотрудничество.