Выбрать главу

– Доброе утро, милая, – улыбнулся отец, отодвигая рядом с собой два стула сразу – для меня и для мамы.

Усевшись, я сразу же набросилась на еду, словно сидела на голодном пайке несколько дней кряду.

– Готова? – с улыбкой спросил Идан, посмотрев на меня.

Я снова вспомнила, что достаточно большое расстояние мне придется лететь на совсем неопытном драконе, и поперхнулась. Мама учтиво хлопнула меня по спине и заявила:

– Конечно, готова! Да она просто визжит от нетерпения полететь с тобой!

Странно, но когда она это говорила – искоса поглядывала на мою косу, явно проверяя последовательность плетения защиты от ударов… Я сглотнула.

– В последний путь, так хоть на сытый желудок, – пробурчала я и подвинула к себе большую тарелку с жареными куриными крылышками.

На мое высказывание никто особого внимания не обратил, только мама легонько пнула меня ногой под столом…

После завтрака меня чуть ли не насильно заставили надеть теплую куртку, настаивая на том, что, несмотря на довольно теплую осень, которая царила за окнами дворца, на высоте всегда холодно. Мама участливо всучила мне букет валерианы в одну руку и душицы в другую. Я непонимающе посмотрела на нее, не скрывая ужаса во взгляде.

– В дороге всякое пригодится, – заверила мама и с силой сжала мою ладонь, на которой лежала источающая успокаивающий аромат душица…

Пока меня ласково обнимал отец, Идан уже обратился в огромного дракона насыщенного зеленого цвета. Теперь он стоял посреди лужайки и блаженно щурил желтые глаза под слепящими лучами солнца. Чешуя блестела и переливалась не хуже изумрудного колье императрицы Лалэль, которая поглаживала бок своего драконистого чада.

– Пора, – шепнул отец и подтолкнул меня к Идану.

Я, понурив голову, поплелась к ожидающему дракону, который уже призывно выставил огромную лапищу, и я с силой вцепилась в нее, чтобы через несколько секунд оказаться на его шее. Немного поерзала и поняла, что удобнее уже не будет… Поскольку летала я раньше только с папой, который встал на крыло, когда меня еще даже в проекте не было, то сейчас на драконе, летавшем всего пару раз, да еще и на близкие расстояния, было не совсем спокойно. Тем более что я уже имела удовольствие наблюдать, как летают «салаги», как их называют опытные драконы. Криво, порывисто и неаккуратно!

– Ну, ветра! – воскликнул император Шахригар, хлопнув Идана по чешуйчатому боку.

– Ветра! – эхом повторили все вслед за ним.

– Жизни! – шепотом простонала я, почувствовав, что дракон начал разгоняться.

Взлетели мы хорошо… Если, конечно, не считать того, что я с такой силой уцепилась за наросты на шее Идана, пытаясь удержаться во время крутого пике, что сломала себе четыре бережно взращиваемых на протяжении целого месяца ногтя. А также нескольких подавленных с огромным трудом рвотных позывов и развалившийся букет валерианы…

Когда Идан наконец выровнялся на достаточно приличной высоте, я решилась немного ослабить хватку, а еще позже, когда почувствовала себя в относительной безопасности, заживила четыре раны от впившихся ногтей на ладони.

Благо летели мы над морем, и страх упасть немного ослаб. Я усиленно внушала себе, что если уж упаду, то упаду в воду, а значит, есть шанс выжить!

Море было спокойным, и под нами простиралась бескрайняя гладь блестящей воды. Навигация уже закончилась, поэтому кораблей не было, зато за время полета обнаружила проплывающих под нами двух водных истинных драконов. Идану обитатели моря тоже были интересны, и он резко вильнул в попытке рассмотреть драконов, а я еле удержалась на его шее, при этом с силой стукнув кузена ногой в бок, чтобы больше не делал резких движений. После этого казуса он старался держаться ровнее, а я немного задремала, надышавшись приятного запаха душицы.

Я проснулась от резкого толчка и сразу же сообразила, что мы приземляемся. Открыв глаза, тут же плотно зажмурила их снова, потому что четко разглядела пограничную стену в паре метров от нас. Сейчас мне не хватало только садовой ромашки в руках, чтобы погадать, впечатается в нее Идан или пронесет. Внутренний голос шептал «пронесет», а вот здравый рассудок и память обо всех неудачах моего младшего кузена просто вопили об обратном.