Петерс сплюнул комок мокроты.
— Ты хочешь, чтобы я вернулся и привел тебе нотариуса, Дрю?
Дрю Т. Бэрри проигнорировал этот безмозглый выпад, приказал им оставаться на месте, и начал углубляться в лес, поднимаясь по северному склону быстрыми, тихими шагами, с Уэзерби[373] за спиной.
Когда бульдозер остановился, Фрэнк продолжал целиться в юго-западный угол тюрьмы, готовый выстрелить в находившегося там стрелка, если он покажется. Начавшаяся стрельба напугала его, он осознал, что все происходит на самом деле. Он чувствовал тошноту от вида крови и тел на земле, то появлявшихся, то скрывавшихся в облаках слезоточивого газа, перемещающихся по ветру, но его решимость только крепла. Он чувствовал себя ужасно, но не каялся. Жизнь Наны была его жизнью, из-за чего он счел риск приемлемым. Так он себя успокаивал.
Кронски присоединился к нему.
— Быстрее, — сказал Фрэнк. — Чем быстрее это закончится, тем лучше.
— Ты прав, Мужик, — сказал Кронски, встав на одно колено и положив рюкзак на землю. Он расстегнул молнию, достал динамитную шашку и на три четверти вытянул шнур.
Обшитая металлом дверь бульдозера распахнулась. Джек Альбертсон спустился вниз, держа в руке свой старый служебный пистолет калибра.38.
— Прикрывайте нас, — сказал Кронски Альбертсону, указывая в сторону позиции Уилли Берка. Потом Кронски повернулся к Фрэнку. — Давай, и тебе лучше прибавить ходу.
Двое мужчин начали быстро красться вдоль северо-западной стены тюрьмы, изогнувшись в три погибели. Под окном, которое было одной из огневых точек защитников тюрьмы, Кронски остановился. В правой руке у него был динамит, а в левой — синяя пластиковая зажигалка. Ствол винтовки защитника вновь показался из окна.
— Хватай его, — сказал он Фрэнку.
Фрэнк не секунды не колебался, просто протянул руку и схватил левой рукой металлическую трубу. И выдернул винтовку из руки человека, находящегося внутри. Он услышал приглушенные проклятия. Кронски щелкнул зажигалкой, зажег укороченный шнур, и небрежно бросил его хукшотом,[374] вверх, через отверстие. Фрэнк бросил винтовку и упал на землю.
Через три секунды раздался громовой раскат. Дым и куски окровавленной плоти вылетели из окна.
Земля задрожала, и раздался громовой раскат.
Клинт, сидящий у западной стены плечом к плечу с Уилли Берком, увидел, как клубы слезоточивого газа валят со стоянки назад, отброшенные взрывной волной. В голове звенели куранты, суставы вибрировали. Сквозь этот шум, он думал о том, что все идет не так, как он рассчитывал. Эти парни собираются убить Эви и всех остальных. Его вина, его просчет. Пистолет, который он носил с собой — сплошное посмешище — ни разу за пятнадцать лет брака он не принял приглашение Лилы пойти с ней в тир, — тем не менее, проскользнул в его руку, умоляя выстрелить.
Он присел на корточки рядом с Уилли Берком, бегло окинул взглядом кучку людей, стоящих у входных дверей и остановился на фигуре, стоящей у задней части первого бульдозера. Этот человек пялился на облако пыли, клубящееся из окна Рэнда Куигли, которое, как и все остальное, этим утром, утратило свою прежнюю нормальную форму.
(Джек Альбертсон не ожидал взрыва. Он был ошарашен и опустил металлический щит, чтобы разглядеть все получше. Царящий хаос не опечалил его — как у шахтера в молодости, того, кто пережил немало взрывов на и под землей, его нервы были железными — он его озадачил. Что не так с этими людьми, что они предпочли перестрелку, спокойной выдаче этой проклятой дикой женщины законникам? По его мнению, мир с каждым годом становился все безумнее и безумнее. Его личным Ватерлоо было избрание Лилы Норкросс в качестве шерифа Дулинга. Юбка в кабинете шерифа! Ничего не было более нелепым, чем это. Джек Альбертсон занес туда заявление об уходе на пенсию, а затем пошел домой, чтобы наслаждаться своим пожизненным холостячеством.)
Рука Клинта подняла пистолет, прицел нашел мужчину за бульдозером, и палец Клинта нажал на курок. Вслед за выстрелом последовал сочный поп, звук пули, пробивающей маску человека в противогазе. Клинт увидел затылок человека, а затем тело свалилось.
Ах, Господи, — подумал он. Наверное, это был кто-то, кого я знал.
— Ну же, — воскликнул Уилли, уводя его к задней двери. Клинт пошел, ноги делали то, что им было нужно. Убить кого-то было проще, чем он подозревал. И это только усугубило ситуацию.
Глава 14
Когда Жанетт открыла глаза, лиса лежала за дверью камеры Эви. Её морда покоилась на потрескавшемся цементном полу, на котором кочками пророс зеленый мох.
374
или бросок крюком — бросок в баскетболе, совершаемый боком к кольцу за счёт вращательного движения руки и выпуска мяча над головой. Поскольку исполняется такой бросок дальней рукой от кольца и, следовательно, защитника, его практически невозможно заблокировать.