— Я хочу присутствовать на этом банкете, — сказал Клинт.
— Спасибо, Док.
Когда она рассказала ему, что Ри видела, что Петерс делал с Жанетт, Клинт застонал.
— Вот ублюдок. Кто-нибудь говорил с Жанетт? Скажите мне, что нет.
— Нет, — сказала Коутс. — В некотором смысле, это хорошо. — Она прочистила горло. — Учитывая кошмарные обстоятельства, она лично нам не нужна.
Как только она закончила звонок, ее телефон снова зазвонил. На этот раз это была Микаэла, и Микки не теряла времени. Для женщин мира в первый день Авроры не было времени терять время.
На протяжении двадцати двух месяцев работы в Америка Ньюс Микаэла «Микки» Морган видела, как множество гостей нервничало под горячими студийными софитами, пытаясь ответить на вопросы, к которым они были не готовы, или пытаясь объяснить опрометчивые заявления, сохраненные на видео, которые они сделали много лет назад. Например, член палаты представителей от Оклахомы, который был вынужден смотреть видео о себе, говорившем: «У большинства этих незамужних матерей атрофированы мышцы ног. Вот почему они так легкодоступны». Когда модератор воскресного шоу-интервью Америка Ньюс попросил его прокомментировать это видео, член палаты представителей ляпнул, что «это было еще до того, как я сыграл Джиперс[152] на моей арфе». В течение оставшейся части срока его полномочий, коллеги (один раз во время поименного голосования) называли его членом палаты представителей от Арфы.
Такие ценные «а вот и поймали» — ситуации были достаточно часты, но Микаэла никогда не видела такой реальной паники как к концу Первого Дня Авроры. И не только гости были напуганы.
Она сидела у пульта управления в фургоне, с распущенными волосами и блестящими глазами, благодаря кокаину своего техника. Сейчас в кондиционированном воздухе в задней части фургона расслаблялся ее очередной гость — одна из женщин, которые попали под действие слезоточивого газа перед Белым домом. Женщина была молодой и красивой. Микаэла подумала, что она произведет сильное впечатление отчасти потому, что она четко выражала свои мысли, а в основном потому, что она по-прежнему находилась под сильным воздействием газа. Микаэла решила взять у нее интервью на улице у Перуанского посольства. Сильный солнечный свет заливал здание посольства, что придало бы глазам молодой женщины красный оттенок, даже без лишней доработки.
Вообще-то, если я правильно ее расположу, подумала Микаэла, она будет выглядеть так, будто плачет кровавыми слезами. Идея была отвратительной; но Америка Ньюс всегда так делали свой бизнес. В ногу с Фокс Ньюс — работа не для слабаков.
Они должны были выйти в эфир в 16:19, после завершения текущего репортажа из студии. Джордж Алдерсон, кожа головы которого просвечивала сквозь пряди его шевелюры, вел диалог с психиатром по имени Эразмус Ди Пото.
— В истории цивилизации когда-нибудь случалась такая вспышка, доктор Ди Пото? — Спросил Джордж.
— Интересный вопрос, — ответил Ди Пото.
Он носил круглые очки без оправы и твидовый костюм, в котором под софитами, должно быть, было жарче, чем в аду. Хотя на первый взгляд, казалось, он даже не вспотел.
— Посмотри на этот маленький зубастый ротик, — сказал ее техник. — Если бы ему пришлось срать из такой маленькой дыры, он бы взорвался.
Микаэла от души рассмеялась. Отчасти эти эмоции были вызваны воздействием кокса, отчасти — усталостью, отчасти это был старый добрый страх, ранее подавленный профессионализмом, который просто ждал своего выхода.
— Будем надеяться, что у вас есть интересный ответ, — сказал Джордж Алдерсон.
— Я думал о танцевальной чуме 1518 года, — сказал Ди Пото. — Это также было событие, которое коснулось только женщин.
— Женщины, — раздался голос из-за Микаэлы. Это был один из протестующих у Белого дома, который подошел поближе, чтобы посмотреть новости. — Женщины. Спаси Боже.
— Эта вспышка началась с женщины по фамилии Троффеа, которая безумно танцевала на улицах Страсбурга шесть дней и ночей подряд, — сказал Ди Пото, подогревая интерес. — Прежде чем рухнуть, к ней присоединилось множество других. Эта танцевальная мания распространилась по всей Европе. Сотни, возможно, тысячи женщин танцевали в городах. Многие умерли от сердечных приступов, инсультов или истощения. — Он выдавил на лице небольшую, самодовольную улыбку. — Это была простая истерия, и в итоге она закончилась.
152
Jeepers Creepers — песня 1938 года, джазовый стандарт. Написана в 1938 году для фильма Warner Brothers Going Places. Впервые исполнена Луи Армстронгом и с тех пор вошла в репертуар многих исполнителей.