Этот урод должен был умереть.
И с этой мыслью, не выходившей у меня из головы — да и у Лейк тоже, — мы коротали время в ожидании Девона и Чейза, устроившись в нашей комнате: двуспальная кровать, окон нет, кондиционера тоже нет. Надо отдать должное Лейк — она ничего не говорила ни о моем молчании, ни о эмоциях, которые, по всей видимости, отражались у меня на лице, пока часы отсчитывали минуты. Она просто вытащила пару ножей и начала точить их друг о друга — ритмичное вжик-вжик-вжик металла о металл создавало подходящий саундтрек к моим собственным яростным мыслям.
Смерть Бешеного не должна быть жестокой. Месть — это наслаждение для тех, кто имеет превосходство, — мы же его не имели. Нас было больше, но Вилсон был старше. Он еще вполне мог не знать, что мы пришли, но он почует Лейк, Девона и Чейза в ту же секунду, как только они окажутся на расстоянии мили от его маленькой хижины в глубине леса. Обдумывая наше не самое выгодное положение, я отмахивалась от желания разорвать монстра на части. Оборотни жить не могут без своих инстинктов. Единственным преимуществом, которым я обладала в этой игре, было то, что я не была обром. Когда нужно, я могла думать как человек.
Мне не нужно было видеть, как убийцу моих родителей разорвут на части. Все, что мне было нужно, — это всадить ему промеж глаз серебряную пулю и еще несколько, в сердце и легкие, для полного комплекта.
Я так погрузилась в размышления, что почти не осознала то странное чувство, когда мир переворачивается вверх тормашками, желудок выскакивает наружу, а все волосы на теле встают дыбом, как будто попадаешь в центр электрической бури.
— Чейз! — Я произнесла его имя в тот самый момент, как Чейз открыл дверь нашей комнаты в мотеле. Потому что с той самой секунды, как я увидела его, я могла произносить только это слово.
— Брин! — Голос Чейза был грубее и глуше, чем в моих воспоминаниях. Казалось, что он оправился от того, что с ним сделал Бешеный.
Как я была не права, думала я, пересекая комнату, чтобы сократить расстояние между нами: я хотела еще раз удостовериться, что да, с Чейзом на самом деле все в порядке и мой блестящий план не разрушил его окончательно и бесповоротно. Увидеть его — это было совсем не похоже на стремительное падение на «американских горках». Я чувствовала себя так, как будто мою душу через нос вытаскивали.
Это было очень больно.
Чейз обнял меня, я нагнула голову и прижалась лицом к его руке, продолжая уверять себя, что вот он здесь, что Бешеный не уничтожил его, что я не подвела — так, как он никогда не подвел бы меня.
— О, тут вот какие дела! Бэби нашла своего Джонни[42] и совершенно внезапно забыла о такой незначительной вещи, как ее Самый Лучший Друг.
Во всем мире был только один человек, который мог произнести эту фразу с абсолютно невозмутимым видом. До тех пор, пока я не услышала этих слов, я не понимала, как я по нему скучала.
— Девон!
Как только имя Дева слетело с моих губ, Чейз напрягся, а Девон широко улыбнулся, создавая впечатление, как будто это не он злился всего лишь мгновение назад, когда я бросилась в объятия Чейза.
— Собственной персоной, — сказал Девон. — Вы говорите, мисс Бронвин — я исполняю. Всегда!
Поведение Девона свидетельствовало о серьезности момента — он явно не рассматривал присутствующих в качестве актеров на любительском представления песни «Нет таких высоких гор».[43] И пока Девон не решил, что в данной ситуации не хватает веселых мелодий, я решила ускорить ход событий.
— Тебе, наверное, не стоило сюда приходить, — сказала я ему.
Когда я предложила Чейзу обратиться за помощью к Девону, я не продумала о том, как далеко это может зайти. Два обра-самца, предъявляющих определенные права на незамужнюю девушку — долгие часы, в одной машине. Если бы Чейз был рожден оборотнем и если бы мы с Девоном были больше чем друзья, они вряд ли бы добрались до Вайоминга целыми и невредимыми. И если мы, все четверо, умудримся пережить следующие несколько часов и схватку с Бешеным в дремучем лесу, Девону все равно придется столкнуться с тем фактом, что он покинул Арк Вэлли без разрешения и пришел ко мне на помощь, что само по себе было преступлением, по мнению Сената.
— Ты имеешь представление, что с тобой сделает Каллум, когда узнает, что ты пришел сюда? — спросила я Девона, проклиная себя за то, что втянула его в это дело, и за то, что не смогла предугадать, чем все это может кончиться.
42
Главные герои культовой мелодрамы «Грязные танцы» (1987) в исполнении Патрика Суэйзи и Дженнифер Грей.
43
Песня в стиле ритм-энд-блюз Николаса Эшфорда и Валери Симпсон, ставшая популярной в исполнении Марвина Гэя и Тэмми Террел; считается одной из самых великих записей, когда-либо выпускавшихся звукозаписывающей компанией Motown.