− Лезь.
−А как же ты?
− Живо! Одному мне сподручней.
Чили не стала спорить, влезла в трубу. Паха подал ей рюкзак.
− Держи. Ногами аккуратно упирайся. В петли. Иначе вывалится. Руками придерживайся. В распор. Поняла?
Он поставил решетку на место и поворотом регулятора потока прикрыл щели.
− Что бы ни звука, − наказал он, убегая.
Паха прошмыгнул на площадку и спустился на этаж. Мысль попробовать проскочить по трубе все же показалась ему перспективной. Но время упущено, путь отрезан. Он буквально налетел на гусятника. Отскочил, попятился, нажимая на курок…
Автомат заклинило. Тут его и достали. Тяжелый удар кулака откинул Паху к стене, второй выбросил на галерею над машинным залом, где он чуть не перевалился за перила. Пришлось бросить оружие. Крепкий пинок протолкнул его еще дальше. Уже лежа, Паха увидел, он под вентиляцией, где прячется Чили. И девушка, скорей всего, наблюдает происходящее.
Паха попробовал убраться из зоны видимости, но его зажали с двух сторон. Он сразу схлопотал несколько чувствительных ударов. Его сгребли за грудки и поставили на ноги.
− Не падай! Мы лежачих не бьем, но добиваем. Правда Кеча? — обратился тот, что поздоровей ко второму.
− Угу! — лаконичен гусятник.
Отобрали понягу, нож, хлопнули по карманам, нет ли чего. Нет. И Пахе в зубы. Для понимания ситуации и будущих, отнюдь не блестящих перспектив.
− Че, убегал сука? Че скакал? Нос твоя работа, а? По роже вижу, твоя…
Для оживления разговора Пахе отпустили зуботычин.
− Ты знаешь, сколько Нос стоит? Десять таких как ты! − пояснил Здоровяк. Больно словоохотлив для гусятника. Видно недавно у них.
Сам Паха предпочитал отмалчиваться.
Подошел третий, с пахиным автоматом. Потому как держался, понятно — главный.
− Пушка-то капут, − усмехнулся он. — Ударник заклинило в затворе.
Пахе припомнили попытку стрелять и чувствительно приложили по ребрам. Еле успел убрать раненый бок.
− Че ты крутишься, гнида? — кипел Кеча.
Пахе опять приложили. По сопатке. Аж в голове зазвенело.
− Слышь, Кох. Нос его работа, − уведомил главного Здоровяк.
Тот на секунду задумался, но спросил о другом.
− Баба где?
Молчать дальше опасно, начнут метелить, кости затрешат.
− Какая еще баба? — «не понял» Паха.
− Та, что с тобой.
− Не было со мной никого.
− А следы? Вторую пару ботинок на руки обувал? Где спрашиваю?
− То Варан, друган мой, − вспомнил Паха. − Испугался.
− А что же твой друган ссать садиться? — кивает Кох своим парням.
И опять Паху по ребрам бац! бац!
— Кому сучонок мозги крутишь! — давит «на слабо» Кеча.
Здоровяк схватил Паху за горло. Сдавил, перекрывая дыхание. Паха засипел, смаргивая навернувшиеся слезы.
− Так где? — Кох похлопал Здоровяка по руке. Тише-тише! Не удави раньше срока.
− Не знаю, про что толкуешь.
− Не знаешь?
Пахе досталось с двух сторон. Когда ударили по раненому боку, он вскрикнул. Кох присмотрелся. Заинтересовался.
− Ну-ка…, − и в один мах распластал рубаху, только пуговицы полетели.
Внимательно изучал швы и шрамы на пахином боку. Даже пальцем провел.
− Тасман[19]? — спросил Кох.
От его слов Кечу и Здоровяка шатнуло в стороны. Чуть не упустили пленника.
Паха кивнул.
− Где?
− В Речном…
…План бы прост. Простые планы чаще всего удаются. Меньше допущений и возможностей облажаться на ровном месте.
− Подытоживаю, − по-дирижерски обвел круг Головач. — Балт и Гоголь прикроете левую ветку. Там тупик, так, что от туда сюрпризов не ждем, но и не спим. Варуша! За тобой правая. С тобой, — палец командира гусятников тыкнул в пятерых кому идти. — Со мной, к завалу, Жлоб, Карлик и Пыжа….
В тесную комнату, бочком, не шуметь, вошел еще одни из членов отряда.
− Босой, как там? — оторвался от речи Головач.
− Стучать. Тихохонько.
− Тихохонько…, − недоволен Карлик. − У белоглазых уши не хуже наших. А то и лучше.
− Так. Ты, Босой, − Головач продолжил тыкать, распределяя своих людей. − Харпик и Паха прикрывают. Встанете в начало тоннеля, где сбойка. Приглядите, − пауза выслушать возражения. Нет таковых. — Вытаскиваем кротов и отходим. Острый момент! Могут вдарить! Смотрите в оба. Белоглазые спасибо скажут, что завал за них разобрали.
− А я им, пожалуйста, − похлопал по ручному пулемету Карлик.
Карлик парень боевой, но росточком со свой пулемет и не выше.
Головач жестом призвал к тишине.