– Какая досада, что вы – не покорная и скромная, или что вы более не девственница?
Я склонила голову к плечу.
– Вам не кажется, что вы задаете неподобающие вопросы?
– Почему бы вам не называть меня Людовик?
Я внутренне содрогнулась. Нет, я не смогу заставить себя называть его так. Людовиком звали короля, и мне казалось, что это имя несет в себе тень зловещей угрозы.
– Это чересчур уж фамильярно, вы не находите? Мы с вами знакомы всего несколько дней.
– А у меня такое ощущение, что намного дольше.
Я подавила улыбку.
– Это – комплимент или оскорбление?
– Что вы, конечно же, комплимент.
– Быть может, вы сумеете выразить это изящнее? – предложила я.
– Прошу прощения. В следующий раз я приложу все усилия.
– Сподобитесь на рондо[152] в честь моих глаз?
– Я даже не знаю, что такое «рондо». Полагаю, это какая-то разновидность стихотворения?
– Ах вы, невежа. Это стихотворение в пятнадцать строф с двухстрочной рифмой. Кроме того, слово «глаза» очень легко рифмуется. Например, «гроза» или «небеса»…
– Как насчет «слеза»?
– Или «бирюза»? – быстро парировала я.
– Быть может, «стрекоза»?
– Видите, у вас получается очень недурно. Так что во время нашей следующей встречи я совершенно определенно рассчитываю услышать рондо о своих глазах.
Я позволила ему отодвинуть от стола кресло для меня. Маркиз вынул бутылку шампанского из серебряного ведерка со льдом и ловко откупорил ее. Я удивленно приподняла брови.
– Слуг не будет?
– Я решил, что нынче вечером буду прислуживать вам сам.
– Очень необычно, – заметила я. – А готовить вы тоже умеете?
– Это было бы чересчур уж необычно. Мне бы не хотелось причинить вред вашему здоровью.
– Восхитительно, – сказала я, осторожно пробуя суп из устриц.
– У меня очень хороший повар, – похвастался он.
Я вспомнила историю о его кузене, Великом Конде, и его поваре. Однажды короля пригласили в Шантильи, загородное имение Конде. Когда рыба не прибыла вовремя, повар зарезался разделочным ножом. Его тело обнаружил лакей, прибежавший сообщить, что рыбу все-таки доставили.
Меня охватил легкий озноб, и маркиз тут же поднялся со своего кресла и подал мне шаль, накинув ее на плечи. Большими пальцами он словно бы невзначай провел мне по ключицам, и я вновь вздрогнула. Он плотнее подоткнул шаль, укутав мне горло.
– Вы подумали обо всем, – заметила я.
– Еще шампанского?
За супом из устриц последовала confi de canard[153], поданная с салатом из груш и грецких орехов.
– Я знаю, что вы, гасконцы, любите уток, – заявил маркиз.
– В Гаскони больше уток, нежели людей, – с деланным сожалением заметила я.
Маркиз подлил мне игристого вина, после чего убрал со стола, попросту свалив грязную посуду в корзину для пикника. Затем он откуда-то извлек большое блюдо, доверху наполненное клубникой со сливками, и две ложки с длинными ручками. Поначалу я скромно брала ягодки с самого края, но уже скоро, смеясь, сражалась с ним за оставшуюся последнюю клубничку, отталкивая его ложку в сторону.
– Ну вот, теперь можно и поиграть, – сказал маркиз.
Я с любопытством уставилась на него. Он рассмеялся и выложил на стол колоду карт.
– В пикет, я имею в виду. Хотя меня можно и переубедить…
– Пусть будет пикет.
Он снял[154] колоду и быстро перетасовал ее.
– Вы уверяете, что вам везет в картах и не везет в любви. Хотите, чтобы все было по-другому? Предлагаю вам поставить ваш счастливый талисман против духов, от запаха которых мужчины будут штабелями валиться к вашим ногам, изнывая от любви.
Я была заинтригована.
– И как вы намерены доказать их действенность?
– Я готов предложить себя в качестве испытуемого.
Я рассмеялась.
– Сначала я хотела бы понюхать ваши духи.
Он показал мне красивый хрустальный флакон со стеклянной пробкой.
– Дайте мне свое запястье.
Я послушно протянула ему руку. Он вытащил пробку из флакона и медленно провел ею по коже моего запястья.
– Они сделаны специального для Шарлотты-Розы из масла роз, редкого жасмина, базилика, бузины и других цветов, названий которых я не запомнил. Духи очень дорогие.
– И аромат у них просто божественный. – Я поднесла запястье к носу и осторожно понюхала.
– А теперь вы должны снять свой счастливый талисман. Играем честно, идет? Если я выиграю, то получу не только ваш талисман, но и поцелуй, в котором вы отказываете мне вот уже неделю.
152
Особый род лирических стихотворений, состоящих из 13 ямбических стихов, из которых 9-й и 13-й повторяют 1-й стих или только половину его в виде припева; поэтическая (твердая форма) и музыкальная форма с рефреном; популярная преимущественно во Франции в XIII–XV вв.