Выбрать главу

Cвященник Иоанн Охлобыстин

Статьи для журнала «ДЕЛОВЫЕ ЛЮДИ»

Некоторые эпизоды бытовой жизни духовного сословия

Судя по утрате сотрудниками ГИБДД восторженного пиетета к священнослужителю за рулем, можно заключить, что служители культа наконец стали органичной частью постсоветского пространства. Однако у этой законопослушной части налогоплательщиков, возможности выражать свои взгляды в массмедиа, по-прежнему, гомеопатически ничтожны. Именно по этой причине Святейший Патриарх Московский и Всея Руси Алексий благословил меня воспользоваться печатной трибуной журнала «Деловые люди» и в не обремененной богословскими терминами манере частично поведать о жизни современного духовенства.

Житейские проблемы духовенства мало чем отличаются от забот обычных соотечественников, разве что пастырские обязательства, возложенные на себя клириками, иной раз лишают их определенной социальной маневренности. Наверное, имеет смысл начать это недолгое повествование с всенародно любимой жилищной проблемы. Как вы, мой добрый читатель, знаете — священники всегда отличались чадородием и в среднем имели не менее трех детей. Поскольку городские власти особенных поблажек в отношении духовенства не делают, а многочисленные социальные программы поддержки многодетных семей, насколько мне известно, никоим образом себя не проявили, духовенство живет тесно. Я порой сам с ужасом задумываюсь о том, где бы мне установить два письменных стола, чтобы мои четверо малышей могли учить уроки хотя бы посменно, как, впрочем, мы уже три года обедаем. Очевидно, придется пожертвовать чешской стенкой и книжным шкафом. Но это еще не проблема. Проблема появится, когда дети пойдут в школу. Зная, на каком уровне культуры находится образование в среднестатистической школе, я, наверное, предпочту среднему образованию моральное здоровье своих отпрысков. Или буду их возить на другой конец города в православную гимназию, как поступает большинство отцов. С наступлением определенного возраста своих чад я попытаюсь определить их в православное высшее учебное учреждение. Из этого прожекта извлекается сразу несколько польз: дети психически и телесно здравы, образованны и находятся всегда рядом с храмом, поскольку православное высшее образование автоматически подразумевает получение профессии либо священнослужителя, либо прицерковного гражданского деятеля, либо руководителя церковного хора, для девочек. Но если случится кому-нибудь из моих чад проявить талант физика, математика или, чего доброго, романиста, мои шансы контролировать ситуацию будут равны нулю. Я, признаться, заранее трепещу.

Далее — хлеб наш насущный. Опять же, как, наверное, мой верный читатель, тебе известно, христиане добрую половину года постятся. Поститься в России — отдельный подвиг. Постную пищу, по большому счету, умеют готовить только в японских ресторанах. Само собой, эта кухня в большинстве случаев обычному духовенству финансово недоступна. Поэтому чаще наш рацион в пост — хлеб, овощи, орехи, грибы и соленья. Насытившись вышеупомянутой флорой, мы идем на службу мимо резвящихся с куском жареной свинины и бутылкой горячительного в руках россиян (о русских — суть православных — речь не идет). Правда, Господь все-таки дает нам силы не раздражаться, но иной раз, бывает, очень хочется что-нибудь сказать. Особенно если дебелые груди скоромников украшает православный крест.

Да вот если что и раздражает, так это обилие резиновых контрацептивов при кассах любого супермаркета. Ну, честное слово, брезгуешь ставить приобретенную упаковку детского питания с лежащей по соседству с кассовым аппаратом упаковкой презервативов «Голубая луна» для анального секса. Я, многогрешный, как-то не утерпел, зашел к директору супермаркета и крайне не смиренно высказался по этому поводу. К чести директора надо упомянуть, что «Голубую луну» он из ассортимента исключил, но, правда, многократно расширил сам ассортимент. За все эти годы я чудом ни разу не приобрел срамные изделия, приняв их за фруктовую карамель.

Теперь о досуге. Досуга у нас, в привычном понимании этого слова, нет. Регулярный досуг пастыря — нонсенс, подобно боулингу у ангела. Бывает, однако, что мы вывозим на отдых детей. Для духовенства это крайне беспокойная операция, в особенности если это связано с выходом в городской парк. Я искренне не понимаю тягу владельцев открытых кафетериев к так называемому «русскому шансону», к трагедии вечно судимого «ни за что» Сереги, его старушки-матери, не сумевшей воспитать своего ребенка в должной степени, и его боевой подруги, выступающей под разными именами и ведущей не контролируемую половую жизнь. Почему судьба русского душегуба так тревожит миролюбивых гагаузов, вдумчивых даргинцев и обязательных, как возрастной простатит, уроженцев солнечного Азербайджана? Куда идут налоговые сборы от моей лилипутской зарплаты, если родная милиция не в состоянии оградить меня и мою семью от этой музыкальной пакости? Может быть, я неправ, и Серега с его глупой биографией — только повод пробудить в душах прохожих сострадание, но мне по роду деятельности частенько приходится сталкиваться с судьбами людей, намного более заслуживающих песни, нежели половозрелый обалдуй, мечтающий о счастье за чужой счет. Плохо это или хорошо, но я приложу все усилия, чтобы мои дети этот малодушный эпос услышали как можно позже.