Общей теоретической основой марксистского учения о процессе коммунистического преобразования общества явилось открытое главным образом Марксом и разработанное совместно Марксом и Энгельсом диалектико-материалистическое понимание истории, то есть исторический материализм.
Как последовательные материалисты, Маркс и Энгельс не могли не понимать, что предстоящее преобразование общества есть объективно необходимый процесс, который сознательная деятельность коммунистов-революционеров может лишь ускорить и облегчить, но не может вызвать по произволу.
Как сознательные диалектики, они не могли не предвидеть, что это преобразование есть процесс закономерного развития, который должен будет пройти целый ряд ступеней или фаз. А диалектиками они были еще до того, как стали материалистами и коммунистами (гегелевской диалектикой они овладели в 1837 – 1839 гг., а их переход к материализму и коммунизму можно датировать 1842 – 1843 гг.). Так что их переход к материализму и коммунизму с самого начала означал становление принципиально новой формы коммунизма, теоретической основой которого являлся диалектический материализм.
Исходя из диалектико-материалистического понимания истории и из понимания конечной цели коммунистического преобразования общества, Маркс и Энгельс предвидели, что после установления диктатуры пролетариата, которая необходима для осуществления коммунистической революции, процесс преобразования общества будет проходить в своем развитии три основные стадии: I – переход от капитализма к коммунизму (то есть переходный период от капитализма к социализму как первой фазе коммунизма, период диктатуры пролетариата), II – первая фаза коммунистического общества (социализм), III – вторая (высшая) фаза коммунистического общества (полный коммунизм)[526].
Такое представление об основных этапах революционного процесса становления нового общества действительно вытекало из самых основ марксистской теории.
Ведь, как установили Маркс и Энгельс, конечной, объективно обусловленной целью коммунистического преобразования общества является создание условий, обеспечивающих подлинно свободное, всестороннее развитие человека – каждого члена общества и всего общества в целом. Имея в виду эту конечную цель, авторы «Манифеста Коммунистической партии» определяют грядущее коммунистическое общество как ассоциацию (то есть общество), в которой «свободное развитие каждого является условием свободного развития всех»[527]. Таков высший гуманистический принцип коммунизма.
Но для достижения этой высшей цели необходимо прежде всего развить материальное производство до такого уровня, который позволит создать подлинное изобилие материальных и духовных благ и тем самым удовлетворить основные потребности людей в пище, одежде и жилье. Говоря об условиях действительного освобождения людей, Маркс и Энгельс писали в «Немецкой идеологии», что «вообще нельзя освободить людей, пока они не будут в состоянии полностью в качественном и количественном отношении обеспечить себе пищу и питье, жилище и одежду»[528].
А для того, чтобы обеспечить беспрепятственное и беспредельное развитие производительных сил, необходимо освободить их от оков частной собственности, уничтожить частную собственность и заменить ее общественной собственностью на средства производства. «Уничтожение частной собственности, – говорится в составленных Энгельсом „Принципах коммунизма“, – даже является самым кратким и наиболее обобщающим выражением того преобразования всего общественного строя, которое стало необходимым… Поэтому коммунисты вполне правильно выдвигают главным своим требованием уничтожение частной собственности». И та же мысль была сформулирована затем в «Манифесте Коммунистической партии» так: «…Коммунисты могут выразить свою теорию одним положением: уничтожение частной собственности»[529].
527
528