Через два года после первой характеристики общества, в котором господствует принцип распределения по труду, Маркс в 1867 г. в I томе «Капитала» снова обращается к анализу такого общества и развивает, углубляет его экономическую характеристику: «…Представим себе, для разнообразия, союз свободных людей, работающих общими средствами производства и планомерно [selbstbewußt] расходующих свои индивидуальные рабочие силы как одну общественную рабочую силу… Весь продукт труда союза свободных людей представляет собой общественный продукт. Часть этого продукта служит снова в качестве средств производства. Она остается общественной. Но другая часть потребляется в качестве жизненных средств членами союза. Поэтому она должна быть распределена между ними. Способ этого распределения будет изменяться соответственно характеру самого общественно-производственного организма и ступени исторического развития производителей. Лишь для того, чтобы провести параллель с товарным производством, мы предположим, что доля каждого производителя в жизненных средствах определяется его рабочим временем. При этом условии рабочее время играло бы двоякую роль. Его общественно-планомерное распределение устанавливает надлежащее отношение между различными трудовыми функциями и различными потребностями. С другой стороны, рабочее время служит вместе с тем мерой индивидуального участия производителей в совокупном труде, а следовательно, и в индивидуально потребляемой части всего продукта. Общественные отношения людей к их труду и продуктам их труда остаются здесь прозрачно ясными как в производстве, так и в распределении»[546].
Оговорки, которыми Маркс сопровождает свое рассуждение («для разнообразия», «предположим» и т.д.), не должны вводить в заблуждение. Речь идет не об абстрактно возможном, а о реально предвидимом обществе.
Большинство новых моментов, которые появляются в этом рассуждении, по существу, представляет собой логические следствия, вытекающие из ранее выработанных положений. Но на одно положение следует обратить особое внимание: «Способ этого распределения будет изменяться соответственно характеру самого общественно-производственного организма и ступени исторического развития производителей». Все, что Маркс говорит до этого тезиса, относится как к первой, так и ко второй фазе коммунистического общества, то есть к коммунистическому обществу вообще. Все, что он говорит после этого тезиса, относится только (или в первую очередь) к социализму. А то, что он говорит в самом тезисе, содержит указание на экономическое различие между фазами развития коммунистического общества.
Таким образом, уже к середине 60-х годов Маркс создает и в «Капитале» уже содержатся все или почти все предпосылки, необходимые и достаточные для того, чтобы десять лет спустя в «Критике Готской программы» дать классическую разработку концепции о фазах коммунистического общества.
«Критика Готской программы» занимает центральное место среди работ Маркса и Энгельса, в которых после Парижской коммуны развиваются идеи научного коммунизма. Поводом для создания этого исторического документа было появление 7 марта 1875 г. в центральных органах эйзенахцев и лассальянцев – газетах «Volkstaat» и «Neuer Social-Demokrat» проекта программы будущей объединенной социал-демократической рабочей партии Германии. Этот проект, содержавший целый ряд ложных антинаучных положений и уступок лассальянству, был принят впоследствии лишь с небольшими изменениями на объединительном съезде в Готе в мае 1875 г. Проект программы и явился объектом принципиальной критики со стороны Маркса и Энгельса (Энгельс подверг его обстоятельной критике в своем письме к Августу Бебелю 18 – 28 марта 1875 г.)[547]. Критика лассальянской догмы о праве работника на его «неурезанный трудовой доход» и ошибочных положений проекта программы относительно «свободной основы государства» и побудила Маркса дать целостное изложение подлинно научной концепции основных стадий коммунистического преобразования общества.
«Критика Готской программы» содержит классическое определение переходного периода: «Между капиталистическим и коммунистическим обществом лежит период революционного превращения первого во второе. Этому периоду соответствует и политический переходный период, и государство этого периода не может быть ничем иным, кроме как революционной диктатурой пролетариата»[548]. Исходя из материалистического понимания истории, согласно которому экономика определяет политику, Маркс характеризует переходный период прежде всего как период превращения общества, основанного на капиталистической частной собственности, в общество, основанное на общественной собственности на средства производства. А этому экономическому переходному периоду соответствует и определенный политический переходный период – период диктатуры пролетариата.
547
См.