– научное предвидение будущего посредством критического анализа существующего мира,
– научные представления о будущем коммунистическом обществе как точные выводы из исторических фактов и процессов развития,
– невозможность заранее принятых, раз навсегда готовых, неизменных решений относительно организации будущего общества,
– невозможность чрезмерной конкретизации и детализации представлений о будущем,
– использование закона единства и борьбы противоположностей,
– использование закона перехода количества в качество,
– использование закона отрицания отрицания.
К этому примыкают: предвидение «снятия» различных социальных явлений классового общества в результате коммунистического преобразования общества; различение вещественного содержания и общественной формы экономических явлений буржуазного общества как средство предвидения особенностей экономики будущего, коммунистического общества и т.д. [1, ч. 1, с. 333 – 334].
В теоретическом наследии Маркса и Энгельса можно выделить три слоя, или уровня, три класса фактов, позволяющих выявить и понять основные черты их методологии предвидения будущего. Это: 1) принципы материалистической диалектики, применение которых к проблеме познания будущего, их конкретизация применительно к решению данной проблемы, приводит к созданию и развитию специфически марксистского способа предвидения будущего; 2) прямые высказывания Маркса и Энгельса о предвидении будущего, носящие обобщенный характер, имеющие значение теоретических обобщений; и, наконец, 3) конкретные примеры предвидения основоположников научного коммунизма, позволяющие путем их анализа выявить и реконструировать общие принципы марксистской методологии познания будущего[600].
С точки зрения предвидения будущего исторически и логически ближайшими (непосредственными) предшественниками основоположников научного коммунизма были представители утопического социализма и коммунизма нового времени, прежде всего те из них, работы которых нашли отражение в литературном наследии Маркса и Энгельса (Мор, Кампанелла, Морелли, Мабли, Бабёф и бабувисты, Сен-Симон и сен-симонисты, Фурье, Оуэн, Кабе, Дезами, Вейтлинг и др.; среди них особо выделяются три великих утописта и сен-симонисты). Поэтому специфические особенности марксистского предвидения будущего можно выявить прежде всего путем сравнительного анализа работ Маркса и Энгельса и их предшественников в этой области. Такое сопоставление позволяет обнаружить как общую основу, необходимо присущую всякому действительному, продуктивному предвидению будущего, так и специфические особенности марксистского предвидения – те особенности, которые составляют суть великого вклада Маркса и Энгельса в развитие методологических средств познания будущего; ведь, как отмечал Маркс, именно отличие от всеобщего и общего и есть то, что составляет развитие[601].
В теоретическом наследии основоположников научного коммунизма выделяются два особо важных высказывания, затрагивающих самую суть научного предвидения будущего. Одно из них принадлежит Марксу, другое – Энгельсу.
В письме молодого Маркса к Арнольду Руге, датированном сентябрем 1843 г. и фиксирующем переход Маркса на позиции коммунизма (оно было опубликовано в феврале 1844 г. в «Немецко-французском ежегоднике»), впервые провозглашается один из основных принципов нового, подлинно научного, коммунистического мировоззрения – основной методологический принцип научного коммунизма: «Мы не стремимся догматически предвосхитить будущее, а желаем только посредством критики старого мира найти новый мир»[602].
По сути дела ту же мысль развивает четыре десятилетия спустя и Энгельс в письме к Эдуарду Пизу 27 января 1886 г.: «Наши взгляды на черты, отличающие будущее некапиталистическое общество от общества современного, являются точными выводами из исторических фактов и процессов развития…»[603].
Оба высказывания содержат одну общую мысль: представления о будущем являются результатом познания существующего общества, тенденций его развития. Эта мысль сводится к пониманию того фундаментального факта, что основой любого предвидения является историческая экстраполяция. Так, по аналогии с математической экстраполяцией и вместе с тем в отличие от нее можно обозначить тот общий механизм предвидения – примитивного и развитого, неосознанного и сознательного, донаучного и научного, – который только и позволяет заглянуть в будущее[604]. Подобно тому как по данному отрезку математического ряда можно определить закономерность построения ряда и продолжить ее за пределы отрезка, так и в познании исторических процессов можно определять закономерности развития, действовавшие до настоящего времени, и экстраполировать их за пределы настоящего – в будущее.
604
Следует различать экстраполяцию в узком и в широком смысле как частное средство и как общую, универсальную основу предвидения. В своей сводной работе «Окно в будущее»