1885. 23 сентября датировано предисловие Энгельса ко второму изданию «Анти-Дюринга». Энгельс делает здесь важное признание: «То, что мне хотелось бы еще изменить, относится главным образом к двум пунктам. Во-первых, к первобытной истории человечества, ключ к пониманию которой Морган дал нам только в 1877 году… А во-вторых, мне хотелось бы изменить ту часть, которая трактует о теоретическом естествознании»[335]. В каком направлении Энгельс хотел бы изменить изложение, учитывая работу Моргана, об этом мы можем судить по первому немецкому изданию «Развития социализма от утопии к науке» (1882 г.) и по предисловию к первому изданию «Происхождения семьи, частной собственности и государства» (1884 г.). 8 октября, – следовательно, лишь 15 днями позже – датирована работа Энгельса «К истории Союза коммунистов», написанная как введение к третьему немецкому изданию памфлета Маркса «Разоблачения о кёльнском процессе коммунистов». Теперь мы обратим внимание на одну весьма симптоматическую оговорку в том месте, которое уже приводили выше: «экономические факты… представляют, по крайней мере для современного мира, решающую историческую силу»[336]. Это ограничение, очевидно, находится в определенной связи с той мыслью, которую с полной ясностью развивал Энгельс за полтора года до этого в предисловии к «Происхождению семьи, частной собственности и государства».
1888. Уточнение, которое в 1882 г. Энгельс внес в тезис: «вся прежняя история была историей борьбы классов», – необходимо было внести и в текст «Манифеста Коммунистической партии», поскольку этот тезис в «Анти-Дюринге» в точности воспроизводил первое положение «Манифеста»: «История всех до сих пор существовавших обществ была историей борьбы классов». Поэтому в английском издании 1888 г. к этому утверждению «Манифеста» Энгельс сделал специальное уточняющее примечание: «То есть вся история, дошедшая до нас в письменных источниках. В 1847 г. предыстория общества, общественная организация, предшествовавшая всей писаной истории, почти совсем еще не была известна». И далее Энгельс говорит об открытиях Гакстгаузена и Маурера относительно общины и об открытии Моргана относительно первобытного общества, которые обусловили уточнение первоначальной концепции[337]. Это же примечание Энгельс дал затем и к немецкому изданию «Манифеста» 1890 г.