Конечно, все, что мы сказали о дурном содержании и грубом обращении с мальчиками, не может распространяться на всех хозяев без исключения, но отнятие у детей средств учиться по праздникам, кажется, может идти и без исключений.
Если голос литературы бессилен и не достигает торгового сердца; если русские купцы неспособны сами увлечься примером иностранных, по преимуществу английских фабрикантов,[105] которым тысяча русских детей обязана познаниями, вынесенными из школы, учрежденной за Шлиссельбургской заставой; то, несмотря на наше уважение к многосторонним заботам правительства и желание видеть общественные дела направляемыми мерами самодеятельности общества свободно, мы решаемся желать, чтобы правительство удостоило своего внимания тысячи русских детей, лишенных той возможности к образованию и здравому развитию, которая, благодаря недавним мерам, сделалась доступною мальчикам, обучающимся у ремесленников.
Мы не желаем никого из этих мальчиков принуждать ходить в школы. Такое желание могло прийти только в головы господ, заседавших в Комитете грамотности, существующем при III отделении Вольного экономического общества. (Журналами этого замечательного комитета мы на днях будем иметь удовольствие заняться.) Мы считаем необходимым только дать торговым мальчикам возможность посещать школы и оградить их от грубого и невежественного преследования со стороны желчевиков торгового мира. Для этого, по нашему мнению, нужно:
a) Постановить правила для содержания торговых мальчиков. В этих правилах должно быть обращено внимание на все обстоятельства, не благоприятствующие гигиеническим условиям жизни. Вредные обычаи, вроде полусуточного стояния на ногах и битья по голове и щекам, — воспретить и предоставить мальчикам возможность искать законной гарантии своих человеских прав.
b) Воспретить высылку детей в лавки в воскресные дни, когда есть учение в воскресных школах. Мы не добиваемся английского воскресного шабаша, но желаем русского народного воскресенья, которое и крепостной крестьянин до 19-го февраля 1861 года всегда употреблял на себя. В праздник может торговать сам хозяин, если ему этого хочется; может стоять в лавке приказчик, который с тем нанимался; но не давать свободного дня в неделю ребенку, отданному родственниками, — беззаконно, и противодействие такому обычаю для детей и для общества, в которое они войдут невежественными людьми, — вполне позволительно и честно.
c) Снабдить каждого хозяина и каждого мальчика печатным экземпляром правил, дабы и те и другие не могли безответственно уклоняться от исполнения взаимных обязанностей.
Не выдавая нашего мнения за непогрешительное, мы готовы встретить на него всякие возражения и постараемся не оставить их без ответа, лишь бы дело о правах торговых мальчиков не запало по-прошлогоднему в долгий ящик.
——
Наши читатели, может быть, помнят, как мы излагали им наше мнение об управлении Российско-американскою компаниею русскими инородцами и русскими богатствами в Америке (“Северная пчела”, № 47-й). После напечатания этой статьи все обстояло благополучно, а “Морской сборник” в мартовской книжке даже отозвался о ней довольно сочувственно и выраженные в ней мысли назвал “доказательными”. Но компании почему-то не понравилась эта статейка. По ее мнению, в статье этой заметно малое знакомство с вопросом и наклонность охуждать достойные всякой похвалы распоряжения. Компания сначала порешила было не отвечать на эту статью, но один из ее акционеров (живущий в Харькове и читающий там “Journal de St. Pétersbourg”) прислал правлению письмецо, в котором, между прочим (чего правление компании не сообщило; вероятно, интимные вещи), пишет:
“Сейчас прочел я в № 41-м “Journal de St. Pétersbourg” извлеченную из “Северной пчелы” не заслуженную американской компанией статью, которую для лиц, рассчитывающих на понижение биржевой цены акций, весьма выгодно пускать в народное обращение, наподобие фальшивой монеты. По этому поводу желательно знать, не прибегнет ли правление компании к опровержению этой статьи чрез какое-нибудь периодическое издание и не известно ли, как называется на алеутском языке self government,[106] которое великий государственный человек, сообщивший свою статью “Северной пчеле”, полагает учредить между алеутами и креолами во владениях компании? Не может ли правление сказать нам что-нибудь успокоительное по предмету всех этих замыслов, которые, хотя неосновательны, но тем не менее очень тревожат, потому что ложь между людьми легче пускает корни, нежели правда”.