— Так, Джонни Блэк, самолет в двадцати милях и движется прямо на нас, — сказал пилот ведомого самолета, летевший высоко над самолетом Алекса.
— Какой на нем флаг?
— Armee d’Air. Французские воздушные силы. Вам нужно смещаться, сэр.
Ну вот, подумал Хок. Чертовы французы совсем с катушек слетели.
— Посмотрим, будут ли они стрелять, — сказал Брик Хоку. Алекс собирался заняться именно этим.
— «Архангел», — сказал Хок. — Выполняю смешение. Вертикальное смещение минимум на пять тысяч.
— Подтверждаю. Это хорошая цифра, сэр. Больше не надо.
— Оставляю вертикальное смещение на пять тысяч, — сказал Хок. — Джонни Блэк.
— Джонни Блэк, поднимайтесь и поддерживайте курс три, пять, ноль.
Хок так сосредоточился на показаниях радара, оружии и ярких воспоминаниях о прерванной карьере летчика-испытателя, что едва не пропустил предупреждение пилота ведомого самолета. Алекс быстро взялся за дело.
— Понял тебя, — сказал Хок, внимательно глядя на монитор, чтобы проследить, будет ли картинка увеличиваться по мере сближения двух самолетов. Он знал, что парень сначала будет лететь напролом, а потом вдруг начнет сдвигаться.
— Джонни Блэк, направо, — услышал Хок в наушнике. Он уже поворачивал. Левой рукой включил ускорение. Хок выжимал бешеную скорость на повороте. Кровь у него отлила от головы и стремилась по венам вниз, к ногам. Он напряг мускулы, чтобы не отключиться от «красной вуали», которая непременно за этим последует[24]. Два истребителя отворачивались друг от друга, каждый из них описывал круг в небе. Теперь это было соревнование нервов. Каждый пилот надеялся перегнать самолет противника и оказаться сзади него. Это называлось «на шестерке». Иногда еще говорили «положение А».
— Хорошая работа, Джонни Блэк, — вдруг сказал «Архангел». — Опусти нос немного.
— Понял. — Хок осторожно опустил нос. Если на повороте лететь чуть вниз, мощность сразу увеличивалась, потому что добавлялась сила гравитации.
— Эй, Джонни Блэк, — сказал «Архангел», — что именно вы собираетесь сделать, сэр?
— Выйти на траекторию, включить ускорение, использовать возникаюшую на повороте мощность, — ответил Хок.
— На какой скорости?
— Четыреста узлов.
— Хорошо, только не больше пятисот узлов, сэр. Мы же не собираемся ввязываться в драку, сэр. Мы, э-э, мы все еще разведываем обстановку.
Хок ухмыльнулся. Не собираемся ввязываться в драку? А какого черта они тогда здесь делают? Он выстрелил, ориентируясь по радару, ракетой «воздух — воздух» и зацепил самолет противника. Тот занял оборонительную позицию и попытался увернуться, резко уйдя вниз. Хок нырнул за ним. Теперь оба неслись по спирали к земле. Каждый из пилотов надеялся воспользоваться преимуществом в сотую долю секунды, полученным благодаря ошибке противника.
Алекс прижал противника — тот как раз заряжал ракеты, когда прозвучал сигнал предупреждения об опасном сближении. Боеприпасы под крыльями его самолета были последним словом науки и техники. Ракеты-перехватчики, запуск которых производился с воздуха, оснащенные системой активного отслеживания мишени по радару. Они развивали невероятную скорость и были эффективны против одной или нескольких мишеней в любых условиях. Маячившему под ним, мчавшемуся к земле самолету уже пришел конец. Просто тот об этом еще не знал.
— Джонни Блэк, отбой! Отбой! — закричал «Архангел» в наушниках.
— Повтори! — сказал Хок, в его голосе слышалось недоверие, рука застыла в воздухе. — Я прижал этого урода! Ты хочешь, чтобы я отступил?
— Подтверждаю. Подтверждаю. Отбой! Не стреляйте! Отступайте, сэр.
— Да что, черт возьми, происходит? Может быть, мне кто-нибудь объяснит, в конце концов? — воскликнул Алекс, не скрывая раздражения и злости в голосе.
— Это не та война, где стреляют, Джонни Блэк.
— Нет? А в какую войну вы тогда играете, ребята?
— Сейчас это война маневров и уловок, сэр.
— Маневров и уловок?
— Так точно, сэр. Пока не поступят дальнейшие указания.
— Хорошо, Архангел, — сказал Хок, пытаясь успокоиться. — Похоже, где-то в цепочке возникло серьезное недопонимание.
— Именно так, Джонни Блэк. Приносим свои извинения, сэр. Мы… э-э… о черт!
Внизу послышался приглушенный хлопок, Хок посмотрел вниз. Французский истребитель врезался в склон горы. С места крушения вздымались языки оранжевого пламени и клубы черного густого дыма. Пытаясь уйти от Хока, пилот «Миража» зашел слишком далеко. Или, вернее сказать, уловками и маневрами его заставил зайти слишком далеко другой пилот, которому именно в этот момент изменили удача и профессионализм.
24
«Красная вуаль» — прилив крови к голове у космонавтов к пилотов реактивных самолетов при выполнении сложных фигур пилотажа. — Прим. пер.