Где мир открыт, Как новые ворота,Для таких Неслыханных гребцов,Которым Для холопского народаНе жаль голов И золота купцов.Туда – в моря! Глаза его пылают –Поверх мечетей Месяцем горят.Туда – в моря! Вся быль его былая –Для пушки Изготовленный снаряд:Взорваться бы, Раздаться громким громом,Встрясти луга людей Кровавым днем.По княжеским, Помещичьим хоромамСверкнуть бы Пожирающим огнем.Туда – в моря! Там, В чужедальних странах,Поди, ведь там Такие же рабыШпыняют по местам В обутках драных.И много их, Как гречневой крупы.Вздыбить бы всех… Взвивались мысли,Когда Иван К галере шел,Когда рабы В раздумье кислиПод розовый Заката шелк.И даже рыжий Пашка Волк,Потягивая носом Сырость моря,Нахмурился, Как вечер, смолк,С неведомой судьбой Своей не споря.Лишь думал: «Где это Венеция,Заморская страна, И долго ли вертеться яБуду На волнах?Где эта Венеция, Какого рубежа?Хотел бы Приглядеться я –Нельзя ли Убежать.В рабах, В холопах, в дуракахНе хочется Тужить,А хочется На берегахОттачивать НожиНа этих, кто Казной богат,У кого – Копье.На этих, кто Пирует, гад,И кровь, Как брагу, пьет.На этих… Ишь, они, купцы,Под хайреддиновские ТанцыИдут в галеру, Чтоб гребцыОрали им: «Венецианцы!»На берегу В тряпье народИ дервиши Хайям Омэра,Открыв стамбульский Ржавый рот,Кричали: – Ай, яхши галера! –Рабы. Ковры. Тюки. Гашиш.Вино. Из шелка паруса.Купцы. Скот. Стражники. Паши.Венецианская Краса.Сарай-вар-бар-амбар. Любуйтесь, Потные муши[18]За лаваши Сгрузившие товарыХрабрейшим рыцарям Креста, меча И рабьего бича.Закат в Стамбуле Густ, широк,Как кровь Шахсе-вахсе[19].Вся гавань Золотой РогГлядит Ковром на всех.В лесу мечетей, Мачт, снастейБлуждает Ночи синь,Из кручи туч На круг гостейГлазеет Лунный апельсин.Галера дрогнула. Все вразТри сотни Спин гребцовВзмахнули хлестко Под приказРапировавшихся Купцов.Прощай, базар, Турецкий берег,Огни домов! Стамбул-гора,Теперь тебе Рабы не верят,Как в твой Изглоданный Коран.Теперь рабы Иную веруПочуяли В руках, в груди, –Они бы Эту же галеруМогли бы В праздник обратить.Об этом думы. Ночь густа.Чернее ночи Бродит стража.Молчаньем Скованы уста.Тьма, Бездна. Копоть, Сажа.Три сотни тел В поту, под хрипГребут и море Рвут на части.От стона – гул, От весел – скрип.От ветра Хлещут снасти.Купцы в покое – Спят в шатрахПод серебром Морского месяца.Лишь дикий ветер, Будто страх,В шатры порывом Гнева метится.Иль то не ветер, Дик и пьян,Гуляет В будоражном споре:Задумал думу Раб Иван –Поднять рабов, Как бурю в море.– Ужо взгребем, – Грузя весло,Шептал холоп В затылок Волку, –Чтоб жизнь Привольную несло,Как в половодье Носит Волгу.– Ужо взгребем! – Метался Пашка. –Кишки купцов Развесим всласть.Тогда лети На волю, пташка,Знай подымай Холопью власть.– Ужо взгребем! – Под ветер воемРычал Иван. – Терпеть нельзя:Рабам осталось Жить разбоем,Раз так живут Купцы, князья.В Москве, в Руси, В орде татарской,В стране турецкой Да и тут,Как на конюшне На боярской,Один под кнут – Капут,Одна арба, Гляди: зверина-стражникБьет раба. Раб – турок.Нет, стой, не дам! Раб – не окурок. А нам не страшно,Нас тут – груда! Эй, хабарда![20] – Пашка хрипел:– Терпи, терпи покуда!– Иван орал: – Пора! Пора! –Волк выл: – Терпи пока! Не съешь быка Без топора.– Пора! – Нет, не пора!Рабов зря В раж не кинь. – Эй, хабарда!–Вбежали стаей СтражникиС бичами да копьем. Дерут, орут: – Убьем! Убем! –Начальник крикнул: – Эй, Джиованни, горе!Помни о смерти – Memento mori![21]Греби! Финита![22] – Снова тишь.Слышь – Бьет за волной волна. Горе нищим.Тишь. Лишь В облаках лунаВытаскивает Нож из голенища.Купцы в покое – Спят в шатрах,Где тень, Как тигр, легла.Гуляет ветер, Будто страх.Кругом морская мгла.