Улетели черные голуби за далекие моря, чтобы похитить девушку. Анна же, ничего не подозревая, шла по воду к роднику. Только что хотела почерпнуть родниковой воды, схватили ее черные голуби, подняли в воздух и понесли к Египече в снохи.
День живет, другой живет Анна у злой женщины. Дни и ночи работает, старается угодить злой свекрови, но никогда ласкового слова не слышит. «Сноха, сделай то, сноха, сделай это! Сноха, что возишься? Скотина не кормлена, пол не вымыт… Сноха, где ты?» — то и дело слышит Анна.
А сама Египеча сядет перед печкой, возьмет в зубы трубку с кулак, набьет табаком и сидит себе попыхивает, клубы дыма выпускает.
Стала Анна печку затоплять:
— Овечья голова! Ничего не можешь делать. У людей снохи шерсть прядут, для своих свекровей теплые дукесы[71] шьют. У тебя ни того, ни другого нет, — опять пилит Египеча.
— Была бы шерсть, я бы напряла, матушка, — говорит Анна.
Тогда Египеча велела сейчас же стричь своих овец.
— А где они? — спрашивает Анна.
— Иди в поле, там стоит старый дуб. Встань под этот дуб, постучи ножницами по стволу.
Взяла Анна ножницы и пошла в поле стричь овец.
А Иван во дворе колол дрова.
— Ты куда, Аннушка, пошла?
— Матушка посылает стричь овец в поле.
— Постой-ка, ведь наши овцы не простые овцы. Это волки и медведи. Ты возьми с собой пестерь[72], он закрыт в чулане. Возьми с собой спичек. Как дойдешь до поля, ни слова не промолви. Полезай на самую верхушку дуба и стучи по стволу ножницами. И тогда к тебе соберутся медведи и волки.
Анна взяла с собой пестерь, ножницы и спички и пошла в поле к старому дубу. Залезла она на самую верхушку дуба и стала поколачивать по стволу. Откуда ни возьмись, целая стая волков и медведей появилась под дубом — большие, лохматые. Они взвыли:
— Угу-гу! Чужой человек пришел, скверный запах принес!
Анна же стучит и стучит по стволу ножницами. Медведи и волки карабкаются по стволу, стараются схватить Анну за подол. Анна же стучит и стучит ножницами по дереву. Медведи, волки пуще, прежнего злятся, друг на друга заскакивают, хотят влезть на вершину дуба. Вся шерсть у зверей клочьями вылезает.
Устали скакать медведи и волки, да и шерсть-то вся повылезла, клочьями лежит на земле, висит на сучьях. Анна заметила, что звери теперь голые: стала зажигать спички и бросать в волков и медведей. Звери все убежали от дуба. Анна слезла с дуба, собрала всю звериную шерсть в пестерь и пошла домой.
Египеча же ждет ее смерти. У нее такое сердце: если человек погибает, то она успокаивается.
— Пусть ее растерзают, — думала она и послала свою сноху к медведям. А сноха вернулась и принесла полный пестерь шерсти. Египеча очень удивилась.
— Остригла моих овец?
— Остригла.
— Как они тебя не растерзали? Мои овцы ведь волки и медведи!
Зло берет Египечу — ей хотелось извести сноху, да сосватать другую. Теперь Египеча говорит:
— Надо ткать, а у нас берда нет. Такая уже у меня сноха: ни одежды, ни надежды.
— Откуда же и быть? Ведь меня же похитили, — говорит Анна. Египеча ногой топнула и посылает сноху за бердом.
— Там-то, и там-то за темным лесом живет моя сестра. Сходи к ней.
Анна обулась и вышла во двор. А во дворе Иван работает, какие-то столбы ставит.
— Куда собралась, Аннушка? — спрашивает Иван.
— Матушка посылает к своей сестре за бердом.
— Подожди-ка, Аннушка. У нее сестра такая же злюка. Ты пойдешь к ней, а назад не вернешься.
— Что же делать, Иванушка? Если не послушаюсь — она меня словами высушит. А как послушаюсь — погибну, говоришь. Как быть, Иванушка?
Иван, не долго думая, отдал Анне целую ляжку мяса, ведро овса, шелковый поясок, кадку масла, калач, иголку, водяной орех, щетку. Объяснил, как и где все это применять.
Идет Анна в поисках берда. Дорога длинная. Ни конца, ни края не видно. Вдруг выскочила стая голодных собак.
— Ууу! Растерзаем тебя! Куда идешь, что ищешь?
— Я иду за бердом. Вы меня не ешьте, я вам мяса дам.
Анна отдала мясо лающим собакам и пошла дальше.
Идет, идет, а навстречу — стадо гусей.
— Ага-га, ты куда? Что тебе тут надо? Мы тебя защиплем до смерти.
— Милые гуси, вы меня не обижайте, я вам принесла овса.
Высыпала весь овес, голодные гуси угомонились, а Аннушка пошла дальше.
Идет, идет, а посреди поля стоит береза. Дошла Анна до березы, а она как зашумит ветвями, закачается:
— Шууу! Ветвями ударю, под себя подомну!
— Белая береза, ты меня не убивай, я тебе подарю шелковый поясок.