— Так-то лучше, — рассмеялся хозяин замка, глядя на три склоненные головы, —А вы двое что? Вам особо приказывать?
Властимир так и остался сидеть в седле, только крепче сжал коленями бока Облака. Кощей обратил на него тяжелый взор, и старый конь зашатался и упал на колени, едва не заваливаясь набок.
Князь всадил ему в бока шпоры и вытащил плеть.
— Что с тобой! — прошипел он, натягивая повод, — Али ты забылся, али дряхл стал? Коли так, то по возвращении распрощаемся с тобой!
Облак всхрапнул и рванулся, выпрямляясь. Избегая взгляда Кощея, он попятился, ссаживаясь на задние ноги и задирая голову.
— Вот так и стой! — похвалил Властимир. — Невесть перед кем на колени падать — не дело для княжеского коня!
Кощей, казалось, был изумлен увиденным. Он посмотрел на Буяна.
— Кто такие вы? Из каких земель?
Гусляр прошел меж склонившихся друзей, походя касаясь их плеч и побуждая встать. Остановившись у подножия крыльца, он снизу вверх глянул на Кощея.
— Приехали мы из земель дальних, из стран далеких, северных, — напевно заговорил он. — Путь наш был неблизок и нелегок — одолели мы три моря, три моря да Океан. Прошли страны чужие, дальние, на пути кого только не видели. А пустились мы в путь не за славою, не со скуки ради свой кров покинули — ищем мы Кощеевы земли, заветный остров Буян. Указали нам на этот островок, вот мы к тебе и прибыли. Не подскажешь ли, не ты ли и есть сам Кощей, прозываемый в народе Бессмертным?
От слов Буяна с остальных словно спало оцепенение. Они встали и подошли ближе.
Кощей от слов гостя словно окаменел.
— А кто вы такие, чтоб вас мне привечать на моем острове? — сердито молвил он. — Вы явились незвано-непрошено, самовольно ко мне ворвались, да еще и чего-то требуете!
— Ага! — воскликнул Буян, — Так ты и есть сам Кощей! Вот тебя-то нам и надобно! Уж не обессудь, хозяин ласковый, за нуждой мы к тебе!
С этими словами гусляр сорвал с головы шапку и поклонился Кощею в пояс.
Это поразило прежде всего самого Кощея, который даже отступил на шаг, не веря глазам. А Буян, выпрямившись, как ни в чем не бывало молвил:
— Будь надежей, хозяин ласковый! Награди за дорогу дальнюю!
— Кто вы такие и зачем явились, что мне вас еще награждать надобно? — сердито перебил его Кощей. Ему не нравилось, что его величают ласковым — не иначе как они что-то задумали и надо за ними проследить!
— Не дело хозяину гостей на пороге держать, — строго отмолвил Буян, — да о деле раньше срока выспрашивать! Мы дорогу проделали нелегкую, да еще на нас налетели твои молодцы, хотя мы их не трогали.
Поймав взгляд. Кощея и угадав! его возмущение, Гаральд дернул Буяна за рукав:
— Ты точно сумасшедший! Он же чародей — нас пальцем прихлопнет! С ним так нельзя. Вот когда к Мерлину однажды…
— Чародей, говоришь? — сверкнул в его сторону глазом Буян. — А я-то думал, что он сам сатана!
Рыцарь уловил насмешку и прикусил язык.
Стряхнув с себя его руку, гусляр вышел на самое крыльцо чуть ли не перед глаза Кощеевы, коротко поясно поклонился ему и заговорил, делая знак остальным приблизиться.
Не облако в лес хоронится, не стонут кусты прибрежные — пустились три добра молодца дорогой непрямоезжею.
Пустились не за наградою, искали они не милости — долг чести исполнить надо им да трудность дороги вынести.
Их дома, леса и пажити, покинуты, дожидаются. Все то, что трудами нажито, о чем вдали души маются.
— Приехали мы к тебе из земель славянских, из северного княжества Сварогова. Ты, сказывали мне, когда-то живал там и с богами родство и дружбу водил, так и народ наш должен знать. Имя мне — Буян сын Вадимович, гусляр я из Новгорода, уж который год за разум и умение служу я богам светлым, с самим Стрибогом-Сварожичем разговаривал, с Семарглом-гонцом[38] дела имел, Перуна-кузнеца знавал не только по имени. Волхв я… А приехал сюда не в учение и не для сражения — есть у меня друг первый, побратим мой от сражений прошлых, князь древнего славного города Резани…
— Что? — вдруг ахнул Кощей. — Из самой Резани человек здесь?
— Верно то, — осторожно ответил Буян и кивнул Мечиславу, чтоб помог он сойти с коня Властимиру — Князь из самой Резани… Видать, и ты о граде сем понаслышан немного? А раз так, выслушай и еще одну повесть — как пожгли Резань тому назад несколько месяцев орды степных волков-псоглавцев, живого места не оставили, самого князя в полон взяли да очи ему выкололи. Помогли ему боги светлые от врага спастись да нам встретиться, и поклялся я, что верну ему зрение. Нам наверное поведано, что на твоем острове есть источник с живой водой. Ты про Резань откуда-то знаешь-ведаешь, так в память об этом помоги — поделись водицею! А уж мы тебя за дело такое отблагодарить сумеем!
Кощей склонил голову, словно раздумывая.
— О граде сем я и вправду наслышан во времена старопрежние, — наконец ответил он, —да только одного в толк в твоих речах взять не могу: а прочим что, тоже вода от меня надобна?
— Про них речь особая, хозяин ласковый, — с улыбкой продолжал гусляр. — Мечислав — то сын одного из волхвов, Чисто-мысла, сына Добромирова, внука самого Волхова-чародея. Пустился он с нами в путь для ради помощи да земли увидеть незнаемые. Рыцарь, что перед тобой, —воин из далекой Англии, именем Гаральд Мак-Хаген… дальше не помню… Прибыл он вслед за невестою своею, леди Джиневрой, — говорят, и тому верю я, что она у тебя в чертогах твоих вместе с прочими пленницами томится, ждет не то смерти, не то спасения. Коли есть у тебя такая девушка — лучше отдай. Он ее второй год по земле разыскивает!.. Ну, а последний наш спутник — то сам Синдбад Мореход из города Багдада. Повстречались мы с ним далеко отсюда, познакомились. На его корабле и добрались до твоего острова.
38
Семаргл — одно из божеств пантеона князя Владимира. Многие исследователи утверждают, что славяне представляли себе Семаргла в виде крылатой собаки.