— …И приканчивает чудовище, — подхватил Блейд. — А потом оказывается, что это президент местного уфологического[4] общества, сгорая от счастья, мчится к ним, чтобы первым подарить долгожданным инопланетянам букет полевых цветов. А про себя думает: «Наконец-то! Свершилось! Первый контакт! Жаль только, что они такие уроды, эти пришельцы. Не будь я уверен, что они разумны, раздавил бы без всяких колебаний!»
Профессор довольно кивнул.
— Ты, как всегда, быстро соображаешь. Неконтролируемость рефлексов может привести к трагедии. Однако не отправлять же космонавтов безоружными!
Блейду уже все было ясно. Измерение X действительно могло бы стать идеальным полигоном. Другое дело, что уж его-то точно не будут встречать цветами. Об этом позаботится Лейтон. Уж он-то позаботится…
— Итак, задача мне понятна, — деловито проговорил Ричард. — Меня зашлют на определенный срок? Или это — тоже на мое усмотрение?
Лейтон медленно покачал головой.
— Ни то, ни другое. На этот раз ты сможешь вернуться только тогда, когда для выживания не останется ни малейшей возможности.
Блейд поднял бровь.
— Что такое?
— Схема подключения датчика будет несколько иной, — пояснил профессор. — Он будет реагировать на сигналы тест-препарата, находящегося в твоей крови. Этот, как его…
— Инсайдлук, — подсказал Дж.
— Да, да, именно. Он фиксирует малейшие реакции организма, в том числе и сигналы подкорки головного мозга. То самое подсознание, которое человек не в состоянии контролировать. Только когда ситуация станет настолько безвыходной, что даже на этом уровне мозг не сможет отыскать путей к спасению, датчик даст команду компьютеру возвращать тебя обратно.
Блейд ошарашенно уставился на ученого. Хороши гарантии! Он живо представил себе, как некто, очень неплохо вооруженный и недоброжелательно настроенный, тщательно прицеливается ему в затылок из «магнума» сорок пятого калибра. А он, Блейд, предположим, в этот момент любуется закатом и ни о чем не подозревает. Злоумышленник спускает курок и… Интересно, когда подсознание решит, что из подобной ситуации вряд ли возможно найти выход? Очевидно, тогда лишь, когда пуля войдет в голову. И именно в этот момент череп разлетится, как гнилой орех. Вместе с датчиком, между прочим. Но Блейду это будет уже неинтересно.
— Все-таки вы решили меня угробить… — негромко произнес Ричард.
Лейтон смущенно потупился, между бровями Дж. появилась укоризненная складка.
«Хватит ныть, — мысленно одернул себя Блейд. — Опасность — его профессия. Преследуя террористов, например, можно получить пулю из-за любого угла. Они не станут разбираться — датчик, не датчик…»
— Когда запуск? — просто спросил Ричард. — Я бы хотел еще пару дней отдохнуть.
Через трое суток Блейд сидел в знакомом высоком кресле, неприятно напоминающем электрический стул, и наблюдал, как ассистенты лорда Лейтона прикрепляют к его обнаженному телу датчики и электроды. Он размышлял о том, что мания секретности перевернула все с ног на голову в этом мире. Перемещение человека в загадочное измерение X — событие планетарного масштаба, куда более сенсационное, чем запуск на Марс доброго десятка экспедиций. В сущности, что такое Марс? Почти наверняка мертвая планета, исследование которой, по-видимому, потребует больше затрат, чем принесет прибылей. К проекту же полета привлечены сотни, а то и тысячи людей, им занимаются целые институты.
В то же время он, Блейд, более десятка раз путешествовал в обитаемые неизведанные миры, причем возвращался не с пустыми руками — взять хотя бы бриллиантовую статую! И во всем мире об этом знают всего несколько человек. О времена, о нравы!
— Главное — не давай застигнуть себя врасплох, — давал последние наставления Лейтон. — Если во сне какая-нибудь тварь откусит тебе голову, мы не сможем помочь!
Блейд рассеянно кивал головой. Можно подумать, что, если кто-нибудь вознамерится откусить ему голову в центре Лондона, Лейтон не замедлит прийти на помощь…
— Желаю удачи! — словно издалека услышал разведчик.
Лицо профессора задрожало, поплыло в сторону. Сейчас начнется… Все равно к этому никогда не привыкнешь. Можно только утешаться тем, что с «пробуждением» испытываешь несколько секунд настоящего блаженства. Но перед тем… Вот оно! Ричард стиснул зубы и, разрывая легкие в беззвучном крике, провалился в бездонный колодец боли.