Дурак, подумал Бозел. Хоть бы оружие с собой взял. А то вдруг я там в глубине затаился и как прыгну!
– Гарет у нас на обучении, – пояснил Ланселот Муромцу. – Стажируется.
– Я тоже молодежь уму-разуму учу, – сказал Муромец, отвешивая Поповичу подзатыльник за сочувственные взгляды в сторону предполагаемого противника. – Хлопотное это дело наставничество.
– Не говори, – согласился Ланселот. – Так каким ветром вас сюда занесло?
– Странствуем помаленьку, – сказал Муромец.
– Уж не Священный ли Грааль вы тут ищете? – спросил Тристан.
– Нет, – сказал Муромец. – У нас своих фольклорных заморочек хватает. А что до вашего Грааля… Слышал я, что иголку в стоге сена проще отыскать, чем Грааль этот.
– Только достойному он в руки дастся, – сказал Тристан, явно кого-то цитируя. – Видать, нет среди нас достойных.
– Юный Галахад подает большие надежды, – сказал Ланселот. – Может, он поставит точку в этих поисках.
Индиана Джонс [109]в этих поисках точку поставит, подумал эрудированный Бозел, но промолчал, не желая привлекать лишнего внимания к своей персоне. Лучше прикинуться бревном, подумал он. На худой конец – тупым крокодилом. Авось рыцари и не поинтересуются, какого черта крокодил делает в этом климатическом поясе.
– Но ты, Илья, так и не сказал, что вы тут ищете, – заметил Тристан. – Мы о цели своего визита рассказали, а ты молчишь, как еретик после допроса. Невежливо это.
– Парня мы тут одного ищем, – сказал Муромец.
– Зачем?
– А разве неясно? – Муромец подмигнул Ланселоту.
Ланселот понимающе кивнул.
– Что за парень? Может, мы его видели? – спросил он.
– Вряд ли, – сказал Муромец. – Дело в том, что…
От необходимости солгать его избавил вылезший из пещеры сэр Гарет.
– Нет там никого, как и следовало ожидать, – сказал он. – И сокровищ тоже нет.
– Жалко, – сказал Ланселот. – Золотишко никогда не помешает. А зацепки?
– Никаких, – сказал Гарет. – С концами монстр сгинул.
Надо было карту местности с нарисованным на ней крестиком оставить, подумал Бозел. Тогда бы они сразу сообразили, где меня искать. В следующий раз так и сделаю.
– Найдем, и не таких находили, – уверенно сказал Ланселот. – Ладно, Илья, бывайте. По коням, парни.
Рыцари принялись усаживаться в свои навороченные машины. Поскольку все они были ребятами немелкими, процесс обещал затянуться.
– Только еще один вопрос, прежде чем мы уедем, – сказал сэр Персиваль в лучших традициях лейтенанта Коломбо. [110]– А что это за крокодил?
Рыцари тут же прервали размещение за рулями своих авто и устремили взгляд на Бозела.
Вот ведь скотина глазастая, подумал Бозел.
– Это мой ручной крокодил, – сказал Илья Муромец. – Я его в подарок князю Владимиру везу. Князь зоопарк при дворе решил устроить. Говорят, в Европах это модно.
– Модно, – согласился Ланселот. – Артурчик… то есть благородный король Артур тоже об этом говорит. А что этот ваш крокодил умеет?
– Немного, – сказал Муромец. – Крокодилы – зверюги тупые. Открой пасть, – приказал он Бозелу.
Бозел продемонстрировал рыцарям все свои, а точнее, крокодильи зубы. [111]Выполнять человеческие команды было унизительно, но жить хотелось с каждой минутой все сильнее и сильнее.
– Эка невидаль, – презрительно буркнул Борс. – Так и я могу.
Он открыл рот, показав всем желающим свою щербатую улыбку. Поскольку Борс был завсегдатаем кабацких потасовок Камелота и его окрестностей, полным комплектом зубов он не мог похвастаться уже давно, впрочем, как и многие другие рыцари. Таковы издержки профессии.
– Сколько будет один плюс два? – спросил Муромец.
Бозел трижды махнул хвостом из стороны в сторону.
– Вот так ты точно не можешь, – сказал Ланселот Борсу, намекая на отсутствие хвоста.
– Да, с арифметикой у меня напряг, – согласился Борс.
– Ну что ж, раз мы все выяснили, то спокойно можем ехать дальше, – сказал Ланселот.
– Только, прежде чем мы уедем, у меня есть еще один вопрос, – сказал Персиваль, чем заслужил вечную ненависть Бозела. – Где вы этого крокодила взяли? Насколько я знаю, они тут не водятся.
– Ты на что это намекаешь? – спросил Муромец.
– Я просто на будущее интересуюсь, – невинно сказал Персиваль. – Чтобы знать, где искать животных, если наш благородный король тоже захочет устроить при Камелоте зверинец.
У вас там и без того чистый зоопарк, подумал Бозел. В зеркало бы на себя посмотрели.
– Ты прав, тут крокодилы не водятся, – сказал Муромец. – Мы свой экземпляр добыли в далеких краях. С боем взяли, так сказать.
– Ну раз мы снова все выяснили… – начал Ланселот.
– Любопытно, – сказал чрезмерно наблюдательный Персиваль. – А как вы его из далеких краев сюда притащили? Что-то я тут никаких повозок не наблюдаю, и вряд ли зверюга могла проделать весь путь из далеких краев своим ходом.
– Ты на что-то намекаешь? – спросил Муромец.
– Я всего лишь скромный рыцарь, не имеющий привычки к глубокому анализу ситуации, – издалека начал Персиваль. – Но я думаю, что утренняя метаморфоза, преобразившая наших скакунов и изменившая наш внешний вид, могла затронуть и кого-то еще и что это существо, визуально производящее впечатление крокодила, может на самом деле таковым не являться.
– Еще раз, и по-английски, – попросил коллегу Ланселот.
– Maybe this is not a crocodile at all. Maybe it is a dragon, [112]– сказал Персиваль.
– F… piece of sh… [113]– сказал Ланселот. – Do you think, it's the dragon we search for? [114]
– О chem oni govoriat, boss? [115]– шепотом спросил Алеша Попович у Ильи Муромца.
– Chego-to zapodozrili, tvari, [116]– сказал Муромец.
– Draka budet, Muromez? [117]
– Da. [118]
Вышеописанный эпизод требует отдельных комментариев, возможно, он даже заслуживает примечания самого Горлогориуса, но на этот раз автор решил обойтись без сноски. В сносках обычно используется очень мелкий шрифт, поэтому далеко не все их читают, а для правильного понимания устройства описываемой вселенной данная информация должна быть усвоена каждым.
Совершенно очевидно, что былинные богатыри не могли знать английского языка, в то же время трудно представить, чтобы рыцари Круглого стола спокойно изъяснялись по-русски. Тем не менее диалог между ними действительно имел место, и сейчас вы поймете, почему он стал возможным.
Только нужно немного забежать вперед.
Когда Фил работал над сотворением вселенной, он преследовал конкретные коммерческие интересы, и эти интересы требовали, чтобы все обитатели созданного им мира могли свободно общаться между собой. Наделять их всех одним языком было бы глупо. Кроме того, подобный ход мог существенно обеднить фольклор каждого отдельно взятого народа, поэтому Фил нашел другой выход.
Каждый житель вселенной владел двумя языками – тем, который был свойствен местности, где он обитал, и еще одним, универсальным, на котором он мог общаться со всеми остальными. Таким образом, русские былинные богатыри свободно могли говорить с татарами, древними греками, могущественными волшебниками или английскими рыцарями, не прибегая к услугам переводчиков. И у каждого народа оставался в запасе свой собственный язык, на котором люди могли беседовать, не опасаясь быть подслушанными. Никто не учил иностранные языки [119]– к чему забивать себе голову, если ты можешь поговорить на универсальном языке хоть с древнеримским поэтом, хоть с пришельцем с далеких звезд, хоть с разумным деревом.
А тот факт, что этот универсальный язык порой очень похож на молодежный сленг, никого особенно не беспокоил.
Закончив короткий брифинг, Ланселот отделился от группы рыцарей и шагнул навстречу Муромцу.
109
Конечно же Бозел имеет в виду фильм «Индиана Джонс в поисках Святого Грааля». Тем, кто не смотрел, очень рекомендую. –
Горлогориусу хочется показать, что он тоже эрудированный. –
111
У драконов зубов в три с половиной раза больше, чем у крокодилов. Я сам пересчитывал. –
116
Эти нехорошие люди начали о чем-то догадываться. –