Однако, так просто нам уйти не дали. Видимо, среди наших преследователей нашелся неплохой следопыт. И он нашу уловку с ручьем разгадал. К обеду нас стала догонять группа всадников. В прерии обзор хороший. Тут все видно на много миль вокруг. Да, и я время от времени поглядывал назад при помощи подзорной трубы. Поэтому погоню за нами заметил заранее. Гораздо раньше, чем преследователи увидели нас. К этому времени мы загнали всех лошадей в ближайший овраг. Там с ними на охране остался Гарри. А Винсент и я залегли на холме возле того оврага. Чтобы встретить приближающихся противников хорошей порцией свинца. У Винсента тоже с собой имелась дальнобойная винтовка системы «Шарп». Поэтому мы с ним могли теперь стрелять на большую дистанцию. Правда, Винсент стрелял гораздо хуже меня. Но все же две стреляющие в бою винтовки – это гораздо лучше чем одна.
Я рассматривал приближающихся всадников в подзорную трубу. Семеро. Сомнений нет. Эти точно едут по нашему следу. Сто пудов – это люди Стива Губера за нами гонятся. Впереди скакал всадник в светлом плаще-пыльнике и такой же светлой шляпе. И конь под ним был довольно рослый и красивый. Белой масти в серых яблоках. Дорогая лошадка. Породистая. Это там явно не простой ковбой скачет. Вот по нему и буду стрелять первым. Надо этих гадов немного притормозить. А то вон как резво скачут в нашу сторону. Впрочем, по той тропе, что протоптали в траве лошади нашего табуна, только слепой не пройдет.
Я тщательно прицелился из своей винтовки во всадника, скачущего впереди остальных. До цели метров пятьсот. Нормальное расстояние. Работаем. Выстрел!!! Всадник на белом скакуне, усыпанном серыми яблоками, вдруг схватился за грудь и вылетел из седла. Одного прижмурил! Рядом рявкнул «Шарп» Винсента. Он целился во всадника, скачущего чуть позади и слева от лидера. Но попал в его коня. Бедному животному этого хватило, чтобы на полном скаку рухнуть на траву, сбрасывая своего седока. Противники в ответ начали стрелять в нашу сторону. Правда, безуспешно. Мы же с Винсентом поменяли позиции, перезарядились и выстрелили еще раз. Я снова попал в грудь еще одному преследователю. После чего тот свалился с коня, который умчался прочь. Винсент тоже выстрелил, но на этот раз позорно промазал. Слишком уж далеко для него были наши враги.
После этого наши противники не стали играть в героев, а резво развернулись и помчались прочь, нахлестывая своих коней. Кстати, тот всадник, чью лошадь подстрелил Винсент, смог подняться и добежать до белого скакуна, который стоял рядом с телом своего хозяина в светлом плаще, которого я убил первым. Потом он вскочил на белого коня и точно также поскакал прочь от нас. А я мог лишь бессильно наблюдать, как он удирает. Перезарядить свой «Шарп» я все равно бы не успел. Этот счастливчик очень быстро ехал. И просто к тому моменту, когда я перезарядил винтовку, он удалился от меня метров на восемьсот. Я при этом по нему даже и пытаться не стал стрелять. Так как свои пределы знаю. Я, конечно, крутой стрелок. Но хрен я попаду без оптического снайперского прицела по скачущему всаднику на таком большом расстоянии. Кстати, этот опытный товарищ еще и не по прямой от нас скакал. А зигзагами, чтобы затруднить нам прицеливание. И он свою жизнь у нас выиграл. Ушел невредимым. Да, еще и хорошего коня прихватил, скотина!
Сплюнув, я спустился с холма в овраг. Запрыгнул в седло Черныша и поскакал в сторону павших противников. Надо было трофеи собрать. Винсент последовал за мной. Ему тоже хотелось посмотреть на убитых преследователей. Когда мы подъехали и начали рассматривать лежавших на траве врагов. То Винсент в том типе в белом плаще смог уверенно опознать Стива Губера. Ого! Вот это дичь мне попалась на мушку. Выходит, что я самым первым уконтропупил владельца ранчо Губера. Повезло. Мне.
Быстро спешиваюсь и начинаю обыскивать труп. Так, у Стива Губера с собой имелся Кольт «Драгун» модели 1848 года с позолоченной насечкой на стволе и барабане. А также с накладками из слоновой кости на рукоятке. Ух, ты! Дорогой револьверчик, однако. Бохато, бохато! Эксклюзивный ствол. Но не для меня. Во-первых – он капсульный, а не под унитарный патрон. Во-вторых – я никогда такого не понимал. Боевое оружие должно быть без всех этих финтифлюшек из драгоценных металлов. Это же оружие, а не какое-то там колье или сережки. Зачем на него это золото лепить то? Такому пистолету место только в музее или антикварной лавке. Для боя он не годится. Этот пантовый ствол, однозначно, на продажу пойдет. Я не выпендрежник и не гей, чтобы еще и позолоченное оружие носить напоказ.